Книга Черная Хозяйка Проклятого Озера, страница 82 – Наталья Касаткина

К счастью, наши мастера гончарного дела налепили довольно милых белок и зайцев, женщины нашили мягких игрушек, а Арда напекла больших пряников, которые завернула в бумагу, завязав бантики с обеих сторон, и с этими импровизированными конфетами мужскую любовь к оружию удалось немного сгладить.

Только вот пряники пахли так одуряюще даже на морозе, что немедленно начать праздновать захотелось не только мне, но и многочисленным птицам, атаковавшим елку с намерением начать банкет. Призванное же на помощь Чудище влепило такой отворот, что я сама с трудом к той елке подошла, собрав всю волю в кулак, потому что очень хотелось, подвывая, бежать прочь, а остальные и к таверне не могли приблизиться. И только путем переговоров и многочисленных опытов от наряженной елки были отогнаны только лесные жители, а люди вполне могли водить хороводы.

Последний день года выдался достаточно теплым по зимним меркам. С серого неба тихонько падали снежинки, не заметая дороги, но создавая праздничное настроение. Идеально.

Подарками в этом году выступали наборы посуды, которые наши гончары специально изготовили к нужному дню, отложив все дела, и небольшие денежные премии. Я подумала, что людям будет приятно купить что-то самим, и судя по оживленным лицам, не прогадала.

После торжественной части мы, наконец, перешли к накрытым столам, и тут я пустила ситуацию на самотек. Пусть веселятся как хотят. Люди работали весь год как проклятые и точно заслужили одну хорошую вечеринку.

В результате уже спустя какой-то час на наш шум и гам начали подтягиваться гости, и видя разудалое веселье, а особенно миски с пельменями, которые Арда только и успевала подавать с кухни, оставались сначала боязливыми зрителями, постепенно подбираясь все ближе.

Первыми не выдержали дети.

— А еще у нас будет торт! — стоя на крыльце с куском яркой «Шубы» на тарелке, на которую деревенская ребятня смотрела, открыв рот, сообщил Перс, и дети повалили внутрь всей толпой, не обращая внимания на осторожные окрики родителей.

Еще через два часа от елки пришлось отгонять уже не птиц, а покушавшегося на пряники Чудрого, который в ответ на увещевания, что это для детей, клялся, что в душе он чисто ребенок.

— Я бы на вашем месте не тянула, — сказала я ребятам, глядя, как и другие взрослые с интересом косятся на вкусные украшения. — Так вам ничего не достанется.

Ведомые Персом дети пошли на штурм, а я получше запахнула свой ватник и отправилась гулять. Таверна уютно светилась — свечи для праздничного вечера мы долго собирали — народ шумел, кто-то пел песни, кто-то уже плясал. Нирка в окружении поклонников на бис читала монолог Золушки прямо на крыльце, используя ступени как сцену. Староста Дагур сосредоточенно уничтожал пельмени, сидя у самого окна, его внушительную фигуру хорошо было видно с улицы.

Красота.

Приятное чувство, когда твоя затея удается на все сто.

— Я вижу, вы довольны? — низкий голос раздался совсем близко, и я совершенно неизящно подпрыгнула, чуть не свалившись с дорожки в сугроб. Как он так бесшумно подошел? Где его супер-жеребец? Почему он не на своем собственном балу? Весь вечер я нет-нет, да и бросала взгляд на сияющий огнями замок. Да уж, столько свечей нам и за год не накопить.

— Довольна, — признала я очевидное. А зачем мне отрицать? Может человек в новогоднюю ночь спокойно вкусить плоды своего труда и отпраздновать успех?