Книга Бессмертная, страница 86 – Елена Тимофеева

Покусывал червячок сомнения Арию, но сейчас, когда крепкая рука государя лежала на её талии, она была счастлива. А поговорят они потом. Ещё будет время.

— Покличь солдат, воевода, — велела королева, — пущай баньку истопят. Срамотно мне с таким зятем за стол садиться!

— Чего сама не при параде и без короны, ваше величество? — обернулся на её слова Феанор. — Бардак в гарнизоне развела, а меня тут ещё строишь!

— Шагай уже! — Демира легонько толкнула его в спину. — Миг тебя вижу, а уже так надоел! Как ты живёшь-то с ним? — искренне пожалела она Арию.

— Разве я с ним живу, моя королева? — расхохоталась в ответ юная царица. — Разве ж это жизнь? Это каторга!

— Спинку мне потрёшь? — спросил Феанор, крепче прижимая её к себе.

— Ага, и кваску подам! — посулила она.

— Ты оглох, Сван Молот? — Демира повернулась, оглядела своего военачальника. — Что ты застыл, как воск на подсвечнике? Слышишь — нет, что говорю тебе? Покличь солдат, пусть баню топят!

— Сван, — повторила тихо Медведица.

Будто бронзу снегом присыпало, так побледнела она, стояла и смотрела на королевского воеводу во все глаза. И он, такой же бледный, не отрывал от неё взора. И пульс кипящего мира остановился. Оглох мир, ослеп, исчез для них.

— Я видел, как пылал погребальный костёр! — голос военачальника Северного гарнизона звучал надтреснуто, глухо. — Огонь взлетал до небес, и ночью было светло, будто днём! Двоё дён горело пламя, хороня павших! Я не ушёл, покуда не погасли угли!

— Я тоже видела, как тонули в море обломки горящей ладьи, — с трудом проговорила Медведица, — и мне сказали, ты был на том корабле!

Дред Поллес, стоя рядом, переводил взор с женщины, которую уже назвал своей, и мужчины, что воскрес из прошлого и раньше называл её своей. Ничего не нужно было объяснять. Он всё понял. «Я думала, таких больше нет», — сказала Медведица в их первое утро. «Каких — таких?» — переспросил он. «Таких, как ты», — ответила она, а думала — таких, как он, воевода руанской королевы!

И Ария тоже поняла всё, тоже туда-сюда головой вертела, охнула и закрыла рот ладонью. Феанор, как всегда, метким словцом пульнул.

— Барда-а-ак! — протянул. — Королева, наведи уже порядок в армии! Вон, мёртвые у тебя воскресают! Из праха восстают! Не следишь совсем!

— А у тебя не воскресают? — подмигнула Демира.

— Я-то как попал в это селение блаженных? — спросил себя Чёрный Велор, чем вызвал дружный хохот всей честной компании.

— Я тебя понимаю, — серьёзно сказал Арий Конрад, — сам когда-то грезил этим бессмертием, ничего вокруг себя не видел. Демира сказала тогда: «Слишком скучно быть бессмертным», а я не согласился с ней.

— Демира, — вскинулся Чёрный Велор, — моя! И так же грезит бессмертием! Смирись уже.

— Демира, — рассмеялася магистр, — моя! А бессмертием грезит, чтобы мне равной быть! Смирись уже!

Королева обернулась, подошла к ним.

— Два самонадеянных индюка, — устало вздохнула она, — я не приз для победителя. Ты, — она указала пальцем на Велора, — не надейся. Ты, — кивнула Арий Конраду, — не бахваляйся.

— А слово твоё? — прищурился жрец Сета. — Ничего не весит?

— Ты не приписывай мне того, чего не говорила, — напомнила Демира, — сказала тебе, что вместе пойдём за бессмертием, было такое?

Чёрный Велор согласно склонил голову.