Книга Бессмертная, страница 111 – Елена Тимофеева

— Эй, девка дурная, что творишь-то? — он оттолкнул её, отряхнулся, сплюнул.

— Охолонись, приди в себя! — жёстко сказала она. — Помирать он собрался!

— Да не собрался! Так, надоумить тебя, чтобы сделала всё по чести, ежели вдруг! — ответил царь. — Вон их тут сколько, видишь? — обвёл рукою вокруг себя. — Ловила чайка бычка, а словила палкой в бочка!

— Где же Велор? — спросила Ария, проходя мимо ещё одной статуи.

Так и застыл воин, занеся меч и не успев опустить. Гримаса отчаянной ярости застыла на его лице. Но это лучше, чем тот безграничный ужас, что увидела она в глазах первой статуи.

— Где же Велор? — повторила принцесса.

Оглянулась. Феанор отстал, перетягивал туже рану на бедре. Тряпка намокла от крови, слабел царь, утекали и время, и силы. Как бы ни пришлось вскоре исполнить его последнюю волю!

Ария содрогнулась от этой мысли. Накрыла ладонью рубин в перстне, сжала крепко. И ничего не почувствовала, даже слабым теплом не повеяло. Пуст, холоден стал волшебный камень. Иссяк в нём чудесный огонь луны.

Феанор подошёл, и она бросилась к нему, обняла крепко, поцеловала горячо.

— Отлепись, короста! — усмехнулся он. — Одни глупости у тебя на уме! О деле думай!

— Вот краб клешнястый! — в сердцах сказала Ария. — В жизни не подойду к тебе больше!

Царь довольно захихикал, будто партию в шашки отыграть удалось, махнул рукой, пошёл вперёд, враскачку, как всегда ходил. Но сейчас не было вальяжной лёгкости в его походке, тяжело ступал, и не манерно вихлялся, а шатало его от ран, от потери крови.

— Там, что ли, врата времени твои? — показал пальцем. — А что не охраняет их никто?

— Откуда я знаю, Феанор? — устало отозвалась Ария. — Я сама здесь впервой.

— А ключи от них где? — спросил он.

— Пошли, поищем, — предложила принцесса.

Дошли до решётки. Мост белым горбом поднимался за нею, уходил в снежную мглу, в безвременье. Мост через застывшую Реку бесконечности. Феанор протянул руку, хотел дотронуться до причудливых узоров ворот, покрытых пушистой шкуркой густого инея, но Ария перехватила его ладонь.

— Нет! — жёстко прозвучал её голос. — Не трогай!

Феанор сморщил нос, фыркнул, отошёл в сторону.

— Где же ключи? — спросил, разглядывая массивный железный замок, заросший изморозью.

Ария осмотрелась. Снег, всюду только снег. Но будто блеснуло что-то под ним, на миг, яркой искрой, едва заметить успела.

Она бросилась туда, принялась раскапывать. Феанор подбежал, помогать стал. Отрыли большой белый камень, светящийся изнутри глубоким мягким светом.

— Отойди, государь! — потребовала Ария, вынимая меч из ножен.

— Дай я! — возразил он, отстранил её, обнажил свой клинок. — Ты навоюешься ещё! — сказал. — Тебе туда идти! — показал на мост за решёткой врат. — А я здесь останусь, туда нельзя мне. Дай хоть сейчас подсоблю, чтобы лишний раз силы не тратила. Пуста ты, как барабан, царица моя, я же вижу. Тогда, перед битвой с Дагоном, большая сила плескалась в тебе, будто штормовые волны о берег. А сейчас — нет.

— Замолчь, дурень! — Она едва удержала готовые пролиться злые слёзы, вспомнив ту битву, и, как он бросился за ней, едва голову не сложив. — Я смогу!

— Куда ты на хрен денешься! — хмыкнул Феанор и с размаху рубанул мечом о камень.

Лезвие будто в мягкую глину вошло, глубоко разрубив белый мрамор. Дрогнули, разошлись в стороны половинки камня, и увидела принцесса золотые ключи в них и протянула к ним руку.