Книга Воительница, страница 130 – Елена Тимофеева

— Что теперь, руки её у отца просить будешь? – спросил Ливий.

— Буду, – не смутился мальчишка.

И попросил. Во дворце лемурийского царя воины Кир Кризана было взяли их под стражу, но принцесса велела убрать оружие. Арий Конрад хранил гордое достоинство, не препятствовал солдатам, не снисходил до объяснений. Молва людская уже дошла до владыки Лемурии, трубила о Походе Последнего из Ордена Сов, об обретении им Бессмертия, а спутницей его – Меча, что Бьёт Без Промаха.

Глубокая тяжёлая складка залегла у переносья царя, виски стали совсем седыми – год минул с пропажи его единственной дочери. И теперь она вернулась и требовала воли для своих похитителей. Кир Кризан слушал рассказ её, с интересом глядя на суровое бесстрастное лицо Арий Конрада, на чернокосую воительницу, которая столь хороша собой была, что в тронном зале бы ей блистать в дорогих нарядах, а не в окровавленных доспехах среди выжженной степи.

— Осмелившийся коснуться моей дочери будет рад быстрой смерти, – вымолвил Кир Кризан, в упор глядя на Арий Конрада.

— Я не причинил вреда принцессе, – ответил магистр, – я только исполнил условия Ангела Света Ормузда ради обретения нами самого желанного.

— И чего же желала ты, дитя моё? – спросил, ещё боле хмурясь, царь. – Чего недоставало тебе в родном доме?

— Я обрела любовь, отец, – краснея, призналась Тея Ирис и спрятала смущённое лицо на груди Арефы.

— Замуж, значит, собралась? – процедил Кир Кризан.

— Он уже муж мне, отец, – созналась тихо принцесса.

— Уже муж?! – лицо лемурийского царя потемнело, и складка у переносья обозначилась ещё глубже. – Что ж… бери тогда её в жёны, киммериец, но приданого… – он сложил пальцы руки в крепкий кукиш и показал Арефе.

— В том нет нужды, – раздался низкий звучный голос магистра, – кнес Арейский богаче тебя, царь.

— Это кто – кнес Арейский? – не понял Кир Кризан.

— Это… – Арефа взглянул на безмятежное лицо Арий Конрада, в уголках глаз которого затаились смешинки, – это я?

— Если он насыплет курган из золота в рост дочери твоей и другой курган – из самоцветов, ты будешь доволен, царь? – добил его Арий Конрад.

Кир Кризан, позабыв о дворцовых приличиях, выдохнул:

— Врёшь, чародей!

— Водами Стикса клянусь! – ответил магистр

Звенящая тишина заполнила тронный зал. Потрясённые богатством и титулом посватавшегося к царской дочери юноши, молчали придворные, молчал и царь. Демира улыбалась, Ливий довольно пощипывал бороду. Арефа шагнул к трону государя и опустился на колено.

— Я люблю её, царь, – нарушил тишину его полный сильного чувства голос, – я ради неё пойду в самое пекло Ада и для её счастья не постою ни перед чем. Отдай мне её!

— А ты что же? – Кир Кризан взглянул на дочь.

— Я… – принцесса подбежала к Арефе и встала рядом, – я на край света за ним! Не позволишь стать женой его, жить не буду!

Суровая складка у переносья царя разгладилась, улыбка заискрилась в морщинках у глаз.

— Быть тому, – Кир Кризан встал с трона, подошёл к дочери и ученику магистра и возложил тяжёлые руки на их склонённые головы, – да хранит вас Кронос и сонм богов. Ступайте, готовьтесь к свадьбе.

Свадьба была пышной и весёлой. Демира и Ливий много пили, танцевали до упаду, веселились всласть после своего Великого Похода. Арий Конрад восседал рядом с Кир Кризаном, полными кубками пили вино и вели неспешную беседу.