Книга Воительница, страница 113 – Елена Тимофеева

— Моё королевство, – напомнила она.

По бледным губам магистра скользнула презрительная усмешка.

— Блошиная возня, – процедил он, – тление и прах.

Он обернулся, снисходительным взглядом окинул команду, в тихом благоговении взирающую на своих предводителей.

— Идёмте, – велел магистр, – теряем время.

Отряд двинулся дальше. Обретя утраченную силу, Демира шла легко, смотрела вперёд, улыбалась своим потаённым мыслям. Арий Конрад изредка посматривал на неё, и что-то загадочное, лишь ему ведомое, вспыхивало в кипящем серебре его глаз. Не было ключа к этому шифру.

Шли молча. Принцесса очень устала и брела, понуро опустив голову. Оступалась, тяжело вздыхала, но не жаловалась. Арефа был рядом, чтобы поддержать её, протянуть руку, не дать упасть. Заучивший наизусть книги магистра, он был готов к любым неожиданностям и чудесам.

Ливий поглядывал то на суровый лик последнего из Ордена Сов, то на красивый профиль Демиры, усмехался в бороду и восхищённо качал головой.

Пески безмолвствовали. Затаились, наблюдали, копили силы, соизмеряли их, взвешивали, размышляли. Боле атаковать дерзких воинов Арий Конрада они не решались, но знали все: грянет битва. Когда – это был лишь вопрос времени. А здесь, на перекрестии миров, оно не имело чёткости хода. Могло растянуться на годы, замереть, и могло бег свой многократно умножить.

Вечерело. Позади остались семь перевалов, и отряд стал на привал до утра.

Ночи в пустыне всегда холодные, но Яхтан не была обычной пустыней. Ещё до сумерек все почувствовали, что становится теплее, а когда солнце село, жара стала нестерпимой. Воздух, заражённый тревогой, был тяжёл, казался раскалённым, обжигал горло. Жар от песка чувствовался даже через подошвы сапог. Металлические доспехи были брошены прочь, и едва сил хватало выдерживать тяжесть нагретого оружия. Запасы воды были на исходе, лишь несколько горячих глотков плескалось на дне бурдюков. Все знали: завтра предстоит тяжёлый переход и самое мучительное испытание – пытка жаждой.

Несмотря на духоту, Ливий и Арефа крепко спали, постелив на песок плащи и раздевшись до исподнего. Демира полудремала, сидя, слышала все звуки вокруг и лишь изредка проваливалась в тяжёлый сон. У ног её, свернувшись калачиком, вздрагивала, металась в тревожных сновидениях принцесса.

Арий Конрад стерёг лагерь. Смотрел отрешённо в безмятежное ночное небо, что-то читал в сиянии далёких звёзд. Вчера луна была почти полной, а сегодня свет её угас за чёрной завесой небесного свода. И это значило только одно: времени прошло много более, нежели сутки. Быть может, вернувшись, воины магистра узнают, что оставили в пустыне Яхтан годы своей жизни.

Горячая пасть пустыни дохнула жаром в лицо и пробудила ото сна Демиру. Воительница шевельнулась, открыла глаза. Облизнула пересохшие губы, с отвращением сглатывая тягучую слюну. Здесь не найти оазис. Если Арий Конрад собьётся с пути, Белая Пустыня убьёт их всех, как убила когда-то его воинов.

Демира вздохнула, поднимаясь на ноги. Теперь она уже не уснёт. Подумала, что стоит, пожалуй, спросить Арий Конрада – а вдруг он знает? Что, если ему известна и её судьба? Суждено ли Демире найти своё королевство или ей предначертано стать жрицей Князя Тьмы? Если так, она не пойдёт наперекор предписанному и примет жребий свой.