Книга Воительница, страница 11 – Елена Тимофеева

— А король? – голос Арефы звучал совсем безжизненно.

Демира повернулась, смерила его тяжёлым взглядом и уголки её красивых, чуть полноватых губ приподнялись в презрительной полуулыбке.

— Зачем король, Арефа? Я буду королевой, а не забавой короля.

— Дух твой твёрд, взгляд ясен, руки ловки, ноги быстры, ум остр – ты будешь королевой, – заключил ученик магистра.

— Не возьму тебя с собой, – отрубила Демира, – не люблю рабов.

Арефа молчал, глядя, как танцует ветер в опавших листьях.

— В хрустальном шаре ты видишь этот мир, – напомнила воительница, – у каждого свой путь. Служи магистру, и, возможно, он поделится с тобой секретом бессмертия.

В глазах юноши сверкнул странный огонёк, губы дрогнули, но он не произнёс ни слова. Демира подошла ближе и положила ему на плечо руку. Взгляд её потеплел.

— Ты заботился обо мне. Я буду помнить.

— И я тебя никогда не забуду, – эхом отозвался Арефа.

Когда совсем стемнело, они разожгли костёр и пекли на огне лесные яблоки, нанизав их на тонкие прутики. Луна пошла на убыль и смотрела на них из-за облаков хитро прищуренным оком. Воздух, наполненный полынной горечью, запахом прелой травы, ещё хранил тепло осеннего дня, дурманил, кружил голову. Тихо потрескивали янтарные уголья, и далеко за лесом, в болоте, заросшем осокой, тоскливо кричала выпь.

Демира сидела близко к костру, натянув на голые колени рубаху и обхватив их руками. Отблески пламени бросали золотые тени на её задумчивое лицо. Тяжёлые косы чёрными змеями спускались по спине, поблёскивая золотыми искорками в свете костра. В них девушка вплела маленькие жёлтые цветочки, что цветут в лесу до поздней осени – их бережно собрал для неё днём Арефа.

Они молчали. Магия ночного леса была так сильна, и единение с природой было настолько тесным, что вмешаться живым словом – значило сломать хрупкую гармонию.

В небе трижды ухнул филин, и эхо зловещим многоголосьем повторило его полночный клич. И едва стихли последние отзвуки, как приглушённый опавшей листвой, послышался топот копыт, и из леса на полном скаку вылетела чёрная, словно из царства мрачного Аида, лошадь. Её длинная грива, встрёпанная ветром, искрилась, точно наэлектризованная молнией, глаза полыхали красным пламенем, а копыта – прежде Демира не видела ничего подобного – были золотыми.

Верховой в чёрном плаще осадил коня перед самым костром так резко, что тот взвился на дыбы, показав всю силу и грацию неукротимого животного. Всадник сбросил капюшон – и Демира узнала магистра Ордена Сов Арий Конрада.

— О, ты совсем оправилась, – голос колдуна звучал глухо, словно тело его уже перенеслось сюда, а сознание ещё находилось там, на вершине Кулаберга, – когда отправишься в путь?

— На рассвете, – ответила Демира.

— Хватит ли тебе сил? – глаза цвета расплавленного олова смотрят на неё в упор.

— Да, – последовал решительный ответ.

Арий Конрад медленно повернул голову, оглядел ночной лес, словно раздумывая о чём-то, потом властно крикнул:

— Карфакс!

Вдалеке послышалось знакомое ржание, топот копыт, и к пещере прискакал палевый жеребец Демиры, стройный, сильный, быстрый, как ветер.

— Карфакс! Мой верный! Мой славный! – Демира подошла к коню, похлопала по боку, погладила. Жеребец всхрапнул, потянулся к хозяйке, ткнулся бархатной мордой в плечо.