Книга Я и есть Мориарти, страница 36 – Лидия Антонова

— А как же чай? — поинтересовалась я.

Он неожиданно поддался ко мне: глаза сузились, мышцы напряглись, губы искривились. Мне оставалось только отшатнуться. Правда, места на лавочке для манёвра не хватило, а путь к отступлению загородил он.

— И что же побуждает вас ходить за чаем ночью?

Слово «чай» он произнёс с нажимом, словно имел в виду что-то другое. Он же не подозревает, что я бегаю к мужчине? Даже не знаю, плохо это или хорошо? Хотя если подумать, то хорошо. Подозревая, что я кого-то покрываю, и желая выяснить кто это, он придёт меня спасать.

Лицо Элиона оставалось каменным, но в глубине изумрудных глаз что-то мелькнуло. Быстро, как тень, но я это поймала. Он быстро сел ровно, но, прежде чем к нему вернулось полное самообладание, я заметила, как дёрнулась его щека, искривив краешек губ.

— Позвольте, я уточню: вы подозреваете, что кто-то из слуг причастен к покушению на вас?

— Да, — не стала отрицать я.

Раз я не могу сказать ему правду, то хоть приведу его в дом. Тогда он выяснит всё сам. Или же он ничего «не заметит». В этом случае, я буду знать, на чьей он стороне.

— Вы говорили об этом лорду Хауарду?

— Я не решилась.

— Ваш дядя — глава семьи. Его долг — защищать вас, — произнёс он.

Это прозвучало как заученная фраза, которой пытаются успокоить не в меру впечатлительную девицу.

Стоит признать, что всё пошло немного не по плану. Элион явно не из тех, кто безоговорочно сочувствует жертве. Скорее, слабость и нежелание озвучивать подробности, вызывают у него раздражение. Жертва мешает поймать преступника.

Самое время для неожиданного хода, чтобы подогреть его интерес.

— А ваш долг — находить преступников, — парировала я. — Так нашли вы тех, кто пытался меня убить? Или… может быть, вы уже близки к разгадке?

Я смотрела на него, пытаясь прочесть хоть что-то на его идеальном лице. Он слегка прищурился. Я поднялась, делая вид, что намереваюсь уйти.

— Будьте осторожны, леди Офелия. Доверяйте только тем, чья преданность не вызывает сомнений.

Это прозвучало как предупреждение.

— А вам можно доверять, лорд Элион? — поинтересовалась я.

— Я всегда на стороне правды, какой бы неудобной она ни была.

Какая интересная игра слов: правда — вещь двуликая, с какой стороны ни посмотри, у каждого она своя.

Он поднялся со скамьи и протянул мне руку:

— Позвольте проводить вас. Утренний воздух свеж, но для ослабленного здоровья вреден.

Я не стала спорить и руку приняла. На миг его пальцы сжались сильнее, чем было необходимо.

Когда ворота поместья показались впереди, он остановился. Он склонил голову в прощальном кивке и, развернувшись, ушёл.

Я не удержалась и посмотрела ему вслед, сжимая руки в кулаки.

* * *

Вернувшись в свою комнату, я обнаружила на столе новое платье: нежно-сиреневое, с серебряной вышивкой. Рядом лежал футляр. В нём была изящная серебряная подвеска в виде лука и стрелы, оперенье которого заканчивалось клиновым листом. Герб Лансеров, я не сомневалась, что это он. Рядом лежала записка от тётушки Гвинет: «Немедленно переоденься и подвеску не снимай».

Мне оставалось только вздохнуть. Сейчас придётся подчиниться. Всё для того, чтобы усыпить их бдительность. А дальше придётся бежать.

«Ладно, Офелия, — мысленно обратилась я к своей предшественнице. — Похоже, нам обеим не повезло, но я не собираюсь сдаваться так легко».