Книга Вечная вдова, страница 85 – Анна Морион

— Гильда! Наш сын сошел с ума! – не веря своим глазам и надеясь на то, что все увиденное им было лишь ночным кошмаром, тихо воскликнул лорд Нортон. – Сегодня он зарезал и съел коня Альеноры, а завтра зарежет и съесть кого-то из прислуги!

Альенора стояла рядом с родителями и горько плакала: ее дорогой Тень! Верный друг, который милостиво катал ее на свой черной лоснящейся спине! Убит! Убит ее родным братом! И это чудовище даже не раскаивается в своем поступке! Улыбается и говорит о том, как вкусно сырое лошадиное мясо!

— Да что вы стоите там? Вот, отец, держите! – Филип, все так же поедающий мертвую тушу Тени, бросил в отца куском окровавленного мяса, и на белой ночной сорочке лорда Нортона тотчас заалело пятно.

— Благодарю тебя, сын мой… Но я предпочитаю мясо жареным… – дрогнувшим голосом, ответил сыну лорд Нортон. За те часы, что он провел в своем замке, и видя безумие Филипа, он сильно постарел, его плечи поникли, а волосы наполовину поседели.

— Хорошо, хорошо! Мы пожарим для вам эту скотину, отец! Эй! Повар! Живо пожарь нам к завтраку это великолепное мясо! – прожевывая новый отрезанный кусок из тела Тени, бросил Филип повару.

Повар, кухонные и вся прислуга замка собрались за спинами своих хозяев. Служанки испуганно жались друг к другу, а слуги едва слышно перешептывались. На лицах всех присутствующих читались отвращение и страх. Те, кто знал Филипа ранее, те, кто оплакивал его смерть, теперь ненавидели и боялись его.

— Мерзавец! Негодяй! Ненавижу тебя! – в сердцах вскрикнула Альенора, смотря на брата полным ненависти взглядом. – Лучше бы ты сгнил в том гробу!

— А ну заткни свой грязный рот! – Филип угрожающе направил в сестру кончик своего длинного ножа.

— Мисс Нортон, сейчас не лучшее время оскорблять его. Боюсь, ваши слова могут вызвать в нем еще большее безумие, и тогда ваша жизнь будет в опасности, – шепнул граф Мюррей на ухо мисс Нортон. Как и Нортоны-старшие, он был одет в то же, в чем спал, но и он успел накинуть на себя халат.

— Ступай в свои покои, сын мой… Ты, должно быть, устал! – ласково сказала леди Нортон. Она желала подойти к своему сыну, но нож, который тот сжимал в своей руке, лишал ее храбрости.

— Ступай, ступай! – повторил лорд Нортон слова жены. – А это несчастное животное мы похороним…

— Не позволю! Моя добыча! Только пальцем ее троньте! Убью! – оскалил зубы Филип и, вдруг встав на четвереньки, зарычал, как лесной зверь, охраняющий свою пищу.

Леди Нортон закрыла рот ладонью и замотала головой: нет… Она не верит! Это не может быть правдой! Ее дорогой Филип… Рычит и скалится, как бешеная собака!

Слуги тихо ахнули, лорд Нортон поспешно заморгал, прогоняя слезы, граф Мюррей неприязненно покачал головой, а Альенора лишь насмешливо усмехнулась.

— Теперь вы убедились в том, что он не в себе, матушка? Или, по-вашему, он просто играет и шутит? – шепнула она на ухо матери.

— Ты, конечно, прав, сын мой… Конечно, прав. К чему избавляться от такого вкусного и свежего мяса? – вдруг улыбнулся лорд Нортон: теперь он окончательно убедился в том, что Филип сошел с ума и что его сына было не вернуть, и решил говорить лишь то, что удовлетворяло бы этого безумца.

— Наконец-то! Трезвые мысли! – Филип поднялся на ноги, отбросил от себя нож, вымыл свои покрытые кровью руки в фонтане и вытер их о свою окровавленную сорочку. – Пойду прилягу! А вы найдите мне Бригиду! Живо! – Он злобно оскалился и крикнул слугам: – А вы чего здесь собрались, шакалы? Отрубить бы вам руки, всем до одного! Лентяи! А ну пошли отсюда!