Книга Не отдавай меня, страница 33 – Ольга Рузанова

Скользнув ладонью вдоль позвоночника, опускает ее на ягодицу и впечатывает меня в свой пах. Зажатый между нашими телами член - снова горячий камень.

Я тяжело сглатываю.

— Не везет тебе с мужиками, да, Лена?

— Я их ненавижу.

Ян.

Впиваюсь пальцами в мягкую плоть в извращенном стремлении оставить отметины. Мну задницу, средним пальцем щели касаясь.

Девчонка лежит бревном. Оцепенев от страха, кажется, даже не дышит.

Боится меня.

— Подними бедра. - прошу на ухо.

— Зачем? - спрашивает испуганно.

— Поднимай.

— Ты опять?..

Вонзая ногти в мои плечи, поднимает таз, а я, быстро смочив два пальца слюной, натираю дырку и медленно ее на себя насаживаю.

Тесно... жарко...

Сука.

Охуенно.

— Выпрямись.

— Как?

— Сядь на мне.

Опираясь ладошками в мою грудь, выпрямляет спину и насаживается еще глубже.

Да, блядь...

Сидит, в шоке распахнув глаза, дышит часто и поверхностно, от чего сиськи в торчащими бледно-розовыми сосками ходят ходуном.

Тянусь к ним руками, сминаю пальцами, с трудом себя контролируя.

Еще больше ее пугаю.

Дикарка.

Шуганая, забитая. Ни жеманности, ни кокетства, ни хитрости. Раздражающе наивная и честная. Все эмоции на лице, все мысли во взгляде.

В моем мире ей не выжить. Раздавят, как мошку, и тут же забудут. Сама себе приговор подписала, дурочка.

Но в другой жизни - нормальной. Такой, как у всех людей. С хорошей семьей и надежным мужиком рядом она бы расцвела. Есть потенциал. Его вижу даже я, не чувствительный к подобной хуете. Внутренний свет, от которого режет глаза и чистота, от которой сводит скулы.

Мадонна в обличии порнозвезды, которую я неожиданно сильно хочу видеть на своем хую.

— Двигайся. - толкаюсь в нее снизу.

— Как?.. Я не умею...

Никита Сороковиков. Еблан заслужил наказание хотя бы за то, что сорвал целку, но так ничему и не научил.

— Попробуй... немного вперед и назад...

— Может, поменяемся местами?

— Не может. Давай, Лена...

Опускает голову вниз специально, чтобы упавшие волосы скрыли наготу. Переносит вес на опирающиеся на меня руки и делает первое движение. Скованное, неуклюжее от того, что все это ей противно и незнакомо.

Но старается. Пытается задать ритм, раскачиваясь на мне туда - обратно.

— Больно?

— Немного... трет...

— Может, тогда пососешь, чтобы он был влажным?

— Нет! - выкрикивает задушенно, чем вызывает мою улыбку.

Будет. Будет сосать. И скакать на мне будет, и раком вставать. И кончать будет, и просить еще и еще...

Но сейчас... пусть сначала привыкнет и перестанет бледнеть всякий раз, когда хер мой видит.

— Нагнись вперед.

— Как?

— Ко мне, Лена...

Тяну ее за руки, она, слабо сопротивляясь, поддается, но смотрит в сторону, избегая прямого взгляда в глаза. Затем, удерживая бедра, начинаю сам ее направлять. На себя и назад, до упора.

Передав инициативу, сразу расслабляется и даже выравнивает дыхание.

— Посмотри на меня.

Смотрит. На кончик носа, губы, подбородок. Не в глаза.

Я запах ее глотаю, теплое дыхание. Заходит мне. Нравится. На уровне инстинктов цепляет.

— Поцелуй... целоваться-то хоть умеешь?

— Нет...

— Никиту не целовала?

— Целовала... - шепчет еле слышно.

— Ну, а теперь меня поцелуй.

— Я не хочу.

— Через «не хочу», Лена. Давай...

Скорбно нахмурив брови, смотрит на мой рот, как на куриную жопу. Но, склонившись, мягко целует. Касается губами сначала верхней губы, потом нижней.