Книга Временно женаты, страница 23 – Ольга Рузанова

Стивен

— Горбунов справится. У него десять лет стажа в УралГазе, - говорю в трубку, - выпуская тонкую струю табачного дыма в открытое окно лоджии.

Холодно до стука зубов, но курить хочется больше. Делаю еще одну затяжку и задерживаю никотин в легких.

— Больно быстро он хозяина сменил, - ворчит Данилов, - Я таким не верю.

— Не быстро. Я его едва не с корнями оттуда вырвал. Упирался до последнего.

— И чего согласился? На Москву купился?..

— На деньги.

Наивно полагать, что топовый управленец не сменит огромное жалование на гигантское. Преданность одной компании уже давно архаизм.

— Ладно... пусть работает, - вздыхает Юрий Андреевич удовлетворенно, - Как Стеша? Бываешь у нее?

Выдохнув дым, смотрю, как тлеющий кончик сигареты подбирается к фильтру. Немного мутит, потому что курю на голодный желудок. Не привык.

— Бываю.

— Как она? Не скучает там?

— Не знаю.

Скучает, наверное. Вряд ли молодой девчонке нравится сидеть целыми днями в огромной склепе в компании пожилой экономки. Она не интроверт, ей нужно общение.

— Что по поводу магазинов? Не передумала?

— Нет, - сбиваю пепел и тушу сигарету, - Сеть выставили на продажу.

— На продажу?! Еб твою мать, Степан! - взрывается Данилов, - Ты куда смотрел?! Сними с продажи!

— Зачем? - интересуюсь, закрывая окно, - Стефа заниматься ими не намерена. Она ясно дала это понять. К тому же без пристального внимания Оллсона рентабельность магазинов падает с каждым месяцем. Я посмотрел отчеты за последний квартал. Там все более, чем печально.

— Потому что ими никто не занимается!

— И не будет заниматься, - повторяю настойчиво, - Стефа ясно дала это понять.

— Спелись?..

Слышу легкие шаги позади и запах шампуня Линды. Попав в поле моего зрения, ее тонкая рука забирает пепельницу.

— Нет. Эта сеть меня не интересует, вы знаете...

Недовольное пыхтение в трубке длится несколько секунд, а потом Юрий Андреевич негромко проговаривает:

— Володя там, наверное, в гробу переворачивается.

— Вряд ли.

— Корпоратив сегодня? - уточняет, фыркнув.

— Да.

— Смотри там... вас со Стефой будут рассматривать под микроскопом.

Сдержанно простившись, я отключаюсь первым. На миг представив себя на месте Макса, даже проникаюсь к нему жалостью. Данилов старший часто ведет себя как бешеная наседка.

Захожу в кухню и, прикрыв дверь лоджии, сажусь за стол. Передо мной тут же появляется слабо прожаренный, как я люблю, тост с ветчиной и сыром и чашка кофе без молока и сахара.

— Мне не нравится, что ты стал чаще курить, - говорит Линда с тревогой в голосе, - Москва плохо действует на тебя.

Сам замечаю, что втягиваюсь, но пока иду на поводу у дурной привычки, потому что курение одно из немногих, что помогает снять внутреннюю напряженность, которую я чувствую каждый день, пробуриваясь в устоявшийся крепкий организм компании Оллсона все глубже.

— Я просто волнуюсь за тебя, Стив, - договаривает она, приняв мое молчание за раздражение.

Усевшись напротив меня с чашкой зеленого чая, подпирает подбородой кулаком.

— Какие планы на сегодня?

— Хочешь меня пригласить куда-то? - спрашивает с полуулыбкой.

Я припечатываю ее взглядом, и Линда тут же тушуется.

— Мой вечер занят. Я предупреждал заранее.

— Да, точно. Забыла. Прости.

— Ночевать, скорее всего, не приеду.