Книга Разреши мне любить, страница 98 – Ольга Рузанова

Мысль заставляет улыбнуться. Закусив губу, я поворачиваю голову к Лешке.

— А ты?.. Почему не спишь? У тебя бессонница?

У меня, напротив, когда он рядом, сон такой крепкий, что становится страшно проспать его уход снова.

— Насколько не много твоего опыта? – вдруг ошарашивает вопросом.

И я словно в прозрачную стену врезаюсь. От внезапного удара вышибает дух, а затем я чувствую, как пунцовеют щеки. И нет, я не против разговора на эту тему, но ощущение того, что мы снова свернули на дорожку, усыпанную битым стеклом, сковывает страхом.

— Ты про минет?.. – глядя в глаза, спрашиваю прямо.

Лешка отвечает молчанием – я угадала. Об этом он думал все то время, пока я спала?

Согнув ногу в колене, накрываю ее одеялом.

— Нулевой, если ты о нем. Тебе не понравилось?..

— Почему?

— Что, почему?.. – усмехаюсь тихо, – Почему я… не делала этого мужу?

— Он пуританин?

— Станис?.. Вряд ли. Просто… – медлю, переживая за то, как должно быть неправдоподобно звучат сейчас мои слова. Я не хочу, чтобы Лешка заподозрил меня во лжи, потому что я не лгу, – Эта сторона нашей жизни… не была определяющей.

На мгновение его взгляд взлетает к потолку, а затем сразу возвращается к моим глазам. На обнаженное плечо опускается тяжелая горячая ладонь. Скользит по руке вниз и, огладив локоть, сползает на талию.

— Мне сложно это понять.

Мне хочется плакать, когда я представляю, сколько боли причинила ему тогда.

— Я рада, – шепчу хрипло, – Что он не требовал от меня многого.

— И я не могу радоваться вместе с тобой, Варя.

Разорвав зрительный контакт, замолкаем. Мы снова оба порезались. На сегодня довольно.

Тем не менее, я счастлива, что мы прошли эти несколько шагов. Мы в любом случае должны двигаться вперед, через боль, недоверие и обиды.

Я протягиваю руку и легко касаюсь его скулы костяшками пальцев. Провожу ими, колясь о вечернюю щетину, по щеке, трогаю губы.

Если бы он только знал, какую ценность имеют для меня эти мгновения! Если бы знал, как окрыляет его неравнодушие.

— Ты можешь задавать любые вопросы. Всегда, – проговариваю я, – Я буду честна.

Накрыв своей рукой, он двигает меня к себе и наваливается сверху. Опирается на локти и, зарывшись лицом в мои волосы, не шевелится. Тяжесть его тела и рождающее дрожь его теплое дыхание обездвиживают меня. В бедро упирается каменная эрекция.

Мы греемся друг другом в тишине около получаса.

— Она сказала, что ты приехала сюда ко мне, – наконец произносит Лешка севшим голосом.

— Кто? – не понимаю я.

— Твоя тетка. Она сказала, что ты сбежала от мужа ко мне…

Вспыхнувшая на Юлю злость гаснет так же быстро, как и появилась. Она не права, вмешиваясь в наши с ним такие нестабильные отношения, но тратить ресурсы на раздражение я сейчас себе позволить не могу.

— Думаешь, она врет?

Лешка поднимает голову и перехватывает мой взгляд.

— Думаю, она и сама ни черта тебя не знает.

— Знает… ей многое не нравится, но она знает.

Просунув колено между моих ног, он расталкивает их и устраивается так, что до нашего соединения остается всего одно движение. Меня обдает кипятком.

— Мне стоит верить ей? – спрашивает, делая круг глазами по моему лицу.

— Тебе решать… Но я действительно вернулась к тебе и… к себе.

— Вернулась, чтобы вскрыть мне череп, да, Варя? – бормочет он с усмешкой и, сомкнув зубы на морем подбородке, делает толчок в глубину.