Книга Разреши мне любить, страница 29 – Ольга Рузанова

— Я с мамой!.. – выдвигает Роман.

— Нет, я с мамой, – тут же меняет решение первый.

— А я в клесле!..

У меня голова кругом идет, как у сторонннего наблюдателя, перед глазами которого раскручивается карусель и который, сука, знает, что на следующем вираже его утянет в эпицентр этого безумия.

— Хорошо! – с улыбкой заключает Варька, – Рома в кресле, а Арсенька с мамой.

Держась за открытую дверь, я жду, когда эти трое займут свои места, а только после этого сажусь за руль.

Ловлю баланс и возвращаю утерянное самообладание.

— Почему не польские имена? – спрашиваю, поймав в зеркале заднего вида ее взгляд.

Он застывает, а потом зрительный контакт прерывается.

— Потому что я сама их выбирала… – бормочет тихо, поправляя шапку на голове сына.

— Почему не выбрала польские?.. – давлю я.

Почему не идеально сочетающиеся с фамилией Бжезинский Анджей и Матеуш? Разве не об этом она мечтала?

— Я не хотела польские, – отвечает коротко и концентрируется на детях, всю дорогу о чем-то с ними тихо переговариваясь.

Опасаясь снова потерять равновесие, я больше ее не трогаю, но ковыряющиеся в мозгу мысли игнорировать не могу.

Она ушла, выпив перед этим всю мою кровь до единой капли и раскурочив душу. Я принял. Жил, отсекая от себя все, что с ней связано, но новости каким-то чудом всегда сами меня находили.

Я знал, что она забеременела сразу после свадьбы. Позже мне рассказали, что невъебенная сила любви подарила им сразу двух детей. Сыновей.

Я перемалывал в себе отголоски их счастья, справлялся как мог, пока однажды не понял, что отболело. Что я тоже имею все шансы, а главное, желание нормально жить.

Однако она вернулась и жестко приземлила.

На дорогу уходит чуть меньше времени, чем я рассчитывал. Выхожу из машины, когда приезжаем к клинике, и помогаю расстегнуть ремни детского кресла.

Роман смотрит на меня настороженно и, едва увидев мать за моей спиной, тянет к ней руки. Я тяжело сглатываю и выхожу из поля его зрения.

Что-то глубинное, на уровне инстинктов, откликается на этих пацанов. Будто кровь родную чувствуя, тянется к ним.

Вижу, что Варьку тоже штормит – все ее мечты, вся жизнь тоже по пизде пошли.

— Ты уже знаешь, как проходит процедура? – спрашиваю, шагая рядом.

Она ведет мальчишек за руки. При чем, одни из них скачет вприпрыжку, а другой, засмотревшись по сторонам, еле переставляет ноги.

— Да, мы уже были здесь.

Не сразу понимаю, что именно меня цепляет в ее словах, но уточняю:

— Здесь?.. Не в Лондоне?

— Не в Лондоне, – отзывается негромко.

— То есть, ты сама только недавно узнала, что они… не от мужа?..

Молчит. Я открываю и держу дверь, когда они заходят внутрь, терпеливо жду, когда все трое разденутся и сдадут одежду в гардероб.

Понятия не имею, какой была Варька маленькой, но, увидев мальчишек без шапок, тот час вспоминаю свои детские фотографии.

Это мои дети.

Варя

— Окна выходят на южную сторону. Вы сами говорили, что хотите светлую и теплую квартиру, – звучит в динамике голос агента по недвижимости, – И есть возможность заключить договор на год с последующим продлением.

— А какой этаж? – спрашиваю я, помогая одной рукой маме закатить двухместную коляску на тротуар.

— Этаж, правда, третий.

— Я хотела первый или, в крайнем случае, второй.

— Но там работает лифт! – тут же добавляет она, – Очень удобный!