Книга Самое королевское убийство, страница 83 – Си Джей Беннет

Рози еще раз украдкой взглянула на собеседницу, пока они шли по гравийной дорожке между аккуратными кустарниками в горшках. Сухой юмор аристократии все еще заставал ее врасплох.

— И что, кто‐то действительно умирал? Из-за ядовитых растений? – спросила Рози.

— Если и да, то мне об этом неизвестно, – беззаботно откликнулась Флора. – В последнее время точно нет. Легенда гласит, что кто‐то из слуг отравился болиголовом еще в георгианскую эпоху. Призрак, говорят, до сих пор бродит по Длинной галерее, но лично я никогда его не видела. Мой брат чуть не умер, когда ему было шесть или семь лет. Думаю, наелся аконита. Отец пришел в ярость. Требовал, чтобы весь аконит тут же выкорчевали. Но мама была непреклонна. Она сказала, что Валентин усвоил урок. Больше он к акониту не прикасался. Но что уж, теперь всего этого уже нет.

Они обогнули пару высоких теплиц, и слева снова показались витые печные трубы особняка, а справа – сторожка. Флора остановилась и вытянула руку.

— Вон там, – сказала она, как будто в ответ на какой‐то вопрос.

— Простите?

Флора замерла, будто в раздумьях.

— Там я видела Неда в последний раз, он отъезжал с папой в своем нелепом розовом лендровере. Нед звал его Розовой пантерой, если можете себе вообразить. Перекрасил в цвет дома. Он помахал мне шляпой. – Она повторила движение руки. – Я‐то думала, в следующий раз увижу его на свадьбе. – Флора секунду поколебалась. – Можно открыть вам ужасный секрет?

— Конечно.

Флора тихонько вздохнула.

— Такое облегчение, когда к тебе больше не испытывают ненависти. Нед делал вид, что ничего такого нет, но он так долго обижался на нас. Его досада висела над нами, как злобный призрак. А теперь он мертв, и ненависти больше нет. И вместо нее я чувствую присутствие матери. Разве не удивительно?

Рози окинула взглядом древние кирпичи и каменные плиты особняка, отражавшегося во рву вместе с кусочком неба.

— Думаю, в таком месте подобные ощущения возникают сами собой.

— Такая глупость. Вы наверняка так считаете. Я просто романтичная идиотка.

Рози и в самом задавалась вопросом, не разыгрывает ли Флора – практичная, компетентная, остроумная Флора – спектакль. Если так, то это был просчитанный двойной блеф. Рози определенно чувствовала себя скорее зрителем, чем конфидентом.

— Я вовсе не считаю вас идиоткой, – сказала она и подумала о том, как сейчас обстоят дела у королевы.

Королева тем временем вновь позволила леди Кэролайн вести разговор.

— Представляете, последний раз я видела эти стены, когда мне было восемнадцать. Я была здесь с Ли. Наверное, еще до свадьбы. Вы не возражаете, если я взгляну на Длинную галерею? Помню, это была одна из моих любимых комнат в Норфолке.

Они прошлись по отделанному панелями коридору из восточного крыла, где располагались жилые помещения, мимо ряда больших гобеленов с изображением рыцарей и дам на фоне мифического зеленого пейзажа с рекой, берега которой были усеяны весенними цветами.

— Они висели здесь раньше? – спросила королева.

— Да, – ответил Хью, – но в прошлом году я распорядился их почистить для Ли. Артур и Гвиневра. Ли всегда обожала сцены природы. Говорила, они похожи на ее сад. Вода и цветы и все в таком роде. Мы перевесили гобелены в спальню, когда она перестала вставать с постели. Большое утешение для нее в последние недели.