Книга Полая игла, страница 74 – Морис Леблан

— У вас есть какие-нибудь доказательства? Улики?

— Не беспокойтесь, – догадался о его опасениях англичанин, – я не пойду по вашим стопам. Занимайтесь себе брошюрой, документом… все это не вызывает у меня особого доверия.

— Тогда как вы…

— Я занят другим.

— Не будет ли нескромностью…

— Нисколько. Помните дело о диадеме, ну, историю этого герцога де Шармераса?

— Да.

— Не забыли, там фигурировала Виктория, старая кормилица Люпена. Ну, ее еще упустил мой добрый друг Ганимар, она сбежала в тюремном фургоне?

— Помню.

— Так вот, я нашел Викторию. Она проживает на ферме, неподалеку от национальной дороги номер двадцать пять, то есть от дороги из Гавра в Лилль. Через Викторию я легко выйду на Люпена.

— Долго придется ждать.

— Не важно! Я бросил все свои дела. Лишь одно это владеет мной. Наша с Люпеном борьба… не на жизнь, а на смерть.

Эти слова были сказаны с такой яростью и силой, что за ними чувствовалась жгучая обида за все унижения, лютая ненависть к заклятому врагу, жестоко расправившемуся с сыщиком.

— Ладно, идите, – шепнул он, – на нас смотрят… опасно сидеть тут вместе… Но запомните: в тот день, когда я встречусь с Люпеном лицом к лицу… произойдет что-то страшное.

Ботреле покидал Шолмса успокоенным: опасаться нечего, англичанин его не обгонит.

Случайная встреча еще раз подтвердила предположения Изидора. Дорога из Гавра в Лилль проходит через Дьепп. Прибрежная дорога находилась как раз в Ко и шла от моря вдоль ла-маншских скал. Значит, Виктория решила поселиться неподалеку от этой дороги? Виктория и Люпен, они не могли друг без друга, хозяин и слепо преданная ему служанка.

«Горячо! Горячо! – твердил молодой человек. – Стоит только появиться какому-нибудь новому факту, как моя гипотеза подтверждается еще и еще раз». С одной стороны место поисков ограничено берегами Сены, а с другой – национальной дорогой. И оба эти пути ведут в Гавр, город Франциска I, город, в котором он говорил о тайне. Круг сужается. Ко – местность и так небольшая, к тому же искать нужно лишь в западной ее части.

И он с новым энтузиазмом пошел по следу.

«Нет никаких причин, чтобы то, что открылось Люпену, не открылось бы и мне», – беспрестанно повторял Ботреле. У Люпена, конечно, были свои преимущества: может быть, он досконально изучил этот район, знал наизусть местные легенды, помнил, как выглядит то или иное место, – все это преимущества бесспорные, тогда как Ботреле не было известно ничего об этом крае, и впервые он попал сюда во время своего расследования по делу в Амбрюмези, успев лишь мельком оглядеться, проезжая по селениям.

Но какое все это имело значение!

Даже если потребуется положить десять лет жизни, он все равно не остановится, пойдет до конца. Здесь был Люпен. Он словно видел его, догадывался о его близости. Вот сейчас грабитель этот покажется за поворотом дороги или выйдет из леса вон на ту опушку, а может быть, он поджидает Ботреле у выхода из деревни? И с каждым постигавшим его разочарованием юноша все яростней стремился к цели.

Порой он, опустившись на придорожную траву, с головой погружался в изучение документа, копию которого всегда носил с собой, переписав его с нужными гласными вместо цифр:

И часто по своей привычке ложился на спину в высокой траве и, глядя в небо, часами размышлял. Торопиться было некуда. Будущее за ним.