Книга Прелестная женщина: Записки судебного следователя, страница 3 – Михаил Фролович Чулицкий

Наконец она решила продать себя, но продать не дешево, а так, чтобы сразу появиться в пышном костюме среди этой богато разодетой толпы женщин.

Между тем ей удалось пристроиться продавщицей в табачную лавку. Время шло, платье изнашивалось, а получаемого жалованья хватало лишь на квартиру и еду. Ни пристальные, бесцеремонные взгляды, ни шутливый, легкомысленный разговор несколько месяцев не находили себе вознаграждения. Если изредка и попадались некоторые на приманку, то скоро должны были уйти ни с чем, потому что она меняла с ними обращение: по справкам это все оказывались неинтересные, малообеспеченные люди.

Наконец она дождалась человека интересного – немолодого уже, солидного, но и с состоянием тоже солидным. Они быстро сговорились, поладили, и она поселилась у него на квартире в качестве полной хозяйки.

Сначала она чувствовала себя совершенно счастливой: с утра до вечера ходила по магазинам, покупала себе наряды и все шила и шила. Но вот все костюмы готовы: не лежать же им и не дома же в них ходить. Их необходимо показать.

Пробовала она гулять бесцельно по городу, и днем и вечером, но ей казалось, что на нее мало обращают внимания. Она пожаловалась своему патрону. Тот объяснил, что особенного внимания она ожидать и не может, так как ее никто не знает. Тогда она потребовала, чтобы он, которого знает весь город, непременно гулял с ней вдвоем. Ей было отказано в этом. Она никак этого не ожидала; сначала стала говорить о любви, о жертвах, которые должны приноситься ради любви и тому подобное, а потом, заметив, что слова ее не производят должного впечатления, внезапно зарыдала. Пришлось сделать ей уступку – поехать вдвоем, но только за город.

Такая сравнительно затворническая жизнь с пожилым человеком ее не удовлетворяла, и она стала заводить знакомства. На вопросы об ее общественном положении она отвечала, что замужняя, хотя и принуждена временно скрывать это обстоятельство, так как повенчалась при существовании первого брака ее мужа, не ожидая конца тянущегося еще развода. Лицам, упорно не доверявшим объяснению, она признавалась, что свадьбы действительно еще не было, но она состоится в непродолжительном времени.

О том, что она согласилась бы выйти замуж, она неоднократно говорила своему патрону и всегда получала один и тот же ответ – что он немедленно сделает ей приданое, если она найдет жениха.

Что же касается его самого, то он, по его словам, испытав однажды все прелести супружеской жизни, в другой раз ни за какие блага в мире не станет связывать себя брачными узами.

Но и живя с женщиной, с которой закон не связывал его, скоро он должен был убедиться, что, введя ее в свой дом, он нарушил домашнее спокойствие, так как капризные и невыполнимые требования с ее стороны увеличивались с каждым днем. Его ровный, спокойный характер стал меняться, он заметно похудел и постарел. Конечно, он тщательно старался скрыть от друзей свою невеселую жизнь, домашние дрязги, но это было трудно. Своевольная, капризная женщина, не стесняясь ничьим присутствием, постоянно проявляла свой необузданный характер.

Прошло два года, и продолжать ту же жизнь у него не хватало больше сил. Во время одной дружеской беседы с приятелями он откровенно высказался, что давно желает порвать с ней свои отношения и отдаляет развязку только потому, что предвидит неизбежные отчаянные и бурные сцены при разлуке. Друзья решили, что он временно уедет, и без него они объявят ей о его решении.