Книга Фактор Лилит, страница 46 – Джин Пайва

Прижимая к себе сверток, Рейф долгим, внимательным взглядом обвел аллею. Мысли заметались в его уже прояснившейся голове: если бы пакет нашли дети, они бы вывалили головы на землю, раздробили, изуродовали в приступе дурацкого вандализма. Рейф достаточно хорошо помнил свое детство и представлял, как распорядились бы ребятишки такой ценной находкой – подвесили, выставили под окном какого-нибудь обидчика – ведь всегда найдется, кому заплатить по счету. Но раз головы остались практически нетронутыми, значит, нашел их не ребенок. С другой стороны, дремлющий поблизости пьяница вполне мог развернуть пакет и, не увидев ничего полезного, бросить находку и уползти прочь.

Инстинкт подсказал Рейфу, что он попал в точку: старик видел головы. Кривая ухмылка изогнула его губы. Лучшего решения не придумаешь. Он не только доставит пакет по назначению в полной сохранности – Майкл ни за что не дознается о происшествии, – но еще и решит проблему случайного очевидца не без выгоды для себя.

Сунув руку в глубокий пиджачный карман, он нащупал привычную тяжесть ножа – так же спокойно, как если б держал расческу. Он сомкнул пальцы на рукоятке. Короткое движение запястьем выбросило из рукояти острое как бритва лезвие; три торопливых шага – и Рейф навис над храпящим стариком.

— Спасибо, старина, что украсил мне утро, – пробормотал Рейф и вонзил пятидюймовое лезвие в затылок бродяги. Услышав хруст кости, он повернул нож, продвигая его глубже в мягкую мышечную ткань. Он действовал ножом, бессознательно имитируя свои движения при сношении с женщиной. Глухо постанывая от эротического наслаждения, он продолжал нависать над жертвой – дольше, чем требовалось, чтобы убедиться в успешном завершении убийства. Приятная теплота разлилась у него в паху. Он упал на колени, вращая ножом, представляя себе, как его мать аккуратно чистит виноградинку, растягивая удовольствие. Наконец возбуждение улеглось, и Рейф вынул нож. Он осторожно, аккуратно вытер лезвие о пиджак старика.

Полностью успокоившийся, весьма удовлетворенный, Рейф, насвистывая популярную песенку, небрежной походкой шагал по улице, крепко придерживая локтем завернутый в холстину пакет.

Ученые взволнованно переговаривались; спор накалялся, и теперь все трое пытались говорить одновременно. Каждый успел обдумать недавние разоблачения и то, как это отразится на его личных планах. Выделенные на принятие решения сутки истекли, и теперь, когда ученые собрались в большом зале для совещаний, каждый жарко отстаивал свой выбор. Фрэнк Джордан пересел к концу стола и углубился в беседу с председателем проекта.

— Я не мог открыть им столько, сколько вы, по крайней мере, без прямых указаний, – сказал Джордан, его неудовольствие проявлялось в скорбно опущенных уголках губ и нервных движениях рук, непрерывно вертевших папку с досье. – Иногда мне кажется, что председатель правления должен воздерживаться от каких бы то ни было административных решений. Если бы вам не заблагорассудилось касаться этой темы, мы бы не сидели здесь.

— Так было нужно. Эти люди натолкнулись на открытие, которое при обычных условиях сделало бы их знаменитыми и, возможно, обеспечило бы им Нобелевскую премию – по крайней мере, выдвижение на нее. Мы не можем просто отобрать у них право на известность, не давая никаких объяснений.