Книга Терра. Часть 2, страница 36 – Маргарита Боулес

— Не хочешь мне помочь? Присоединишься или так и будешь смотреть?

— Евнух? — уточнил он, ошалевшим голосом. — Ты, сумасбродная женщина, совсем страх потеряла? И стыд тоже.

Он сделал ко мне неловкий шаг и замер. Я протянула ему кисть.

— Хочешь порисовать? — недвусмысленное предложение. Я выжидала, что будет делать: уйдет или останется. Очень надеялась, что выберет второе. Говорило бы это о том, что я ему нравлюсь? Да. Но не больше, не меньше других девушек. Однако я надеялась, что физическая близость может напомнить ему обо мне, всколыхнуть воспоминания. Голова забыла, но не руки и не прикосновения. Может же он полюбить вновь? Надежда продолжала теплиться во мне, и сдаваться я не планировала, как и делить мужа с другими женщинами.

— Так и будешь стоять и пялиться? Хоть бы признался себе, что глаз отвести не можешь.

Он молча подошел ко мне и вырвал кисточку из моих рук, почти резко макнул в зеленую краску.

— Вижу, чего ты добиваешься. Потом не плачь и не кричи, что тебя использовали, потому что ты сама предложила мне себя.

— Ого, — я присвистнула. — Может, еще контракт подпишем, где я не буду предъявлять претензии? Педантичный наглец.

— Не язви. — Он провел кисточкой под моей грудью, соединяя мою линию и свою. Синяя и зеленая краски схлестнулись, как и наши взгляды. Он обхватил большим и указательным пальцем мой сосок и сжал, покрутил в руках, разжигая истому внизу живота. Наклонился и вобрал губами мою грудь, лизнул и втянул резко внутрь рта, облизывая влажными губами. Свободной рукой он разминал вторую и разукрашивал ее зеленой краской.

— А ты неплох. Для евнуха, — решила подстегнуть его и уколоть самолюбие. Аир прикусил мне сосок, не слишком сильно, но достаточно, чтобы я взвизгнула от неожиданности.

— Эй, нежнее! — Мягко толкнула его в плечо. — Ты ж не мечом размахиваешь, а удовольствие жене доставляешь. Так старайся. Поласковей будь.

Он распрямился. Отложил кисточку, и в глазах заиграли бесенята. Точно довела мужика до кондиции. Аиррэль двумя руками обхватил меня за ягодицы и резко притянул к себе, вжимая в топорщащиеся брюки.

— А мне кажется, тебе очень хочется пожестче, — он удивлял своим поведением, хотя я знала, что муж мог быть в постели просто невероятным любовником и дарил немыслимое наслаждение. — Отличные ягодицы, кстати. Я оценил.

Не успела ответить, как он закинул меня себе на плечо словно игрушку и отвесил смачный шлепок по моей округлой попе, а потом засмеялся и повалил меня на диван лицом вниз.

— Обопрись о спинку, встань на колени и выпрямись. Чуть прогнись, — посыпались указания. — Да, вот так и стой. А я порисую. Ты ж сама предложила.

Интересно. Он и правда собрался рисовать? Оборачиваться не стала. Закрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям. Послышался шелест бумаги, плеск воды, а в следующее мгновение по моей спине пробежал прохладный наконечник кисти. Он рисовал. Прямо на мне: касался моей спины, позвоночника и поясницы. Периодически сжимал ягодицы, прикусывал кожу, лизал мою шею и очерчивал горячими ладонями контуры моего тела. Я сильнее возбуждалась от его прикосновений, изголодалась по нему.

— Достаточно нежно, дорогая жена? — прохрипел он, когда его я почувствовала теплый твердый мужской орган между моих ног, плавно скользящий и едва касающийся кожи. Машинально подалась к нему, практически просила и требовала. — Влажная… — Его проворные пальцы вошли внутрь меня и принялись нежно ласкать, надавливая на клитор и попеременно входя и выходя из моего лона.