Книга Терра. Часть 2, страница 122 – Маргарита Боулес

Люблю тебя, мое Небо.»

Я не могла сдержать слез, и прижала к груди телефон, но губы плавно растянулись в широкую улыбку:«Ты все равно рядом со мной».

Третье письмо прилетело на мой телефон спустя год затишья:

«Здравствуй, Небесная.

Кажется, я, наконец, понял, и хочу поделиться с тобой своим откровением, но скорее это покаяние или исповедь, называй как хочешь.

Ты всегда была права, Скай, когда говорила, что я буду жалеть, когда просила меня оглянуться и начать жить. А я отворачивался от поддержки, от твоей помощи. Хотел свободы, назад свою жизнь, но не учел одно…

Свобода стала для меня клеткой, обрубленные крылья — напоминанием об ошибках, но ты, Скай, стала моим домом, моей свободой, моими крыльями, символом веры в лучшее. Я восторгаюсь твоей стойкостью, твоим желанием жить, храбростью и преклоняю колени перед душевной красотой, перед внутренним светом, который так притягателен. Твоя доброта и милосердие обезоруживают, готовность отдать жизнь за близких, друзей и любимых — потрясает.

Ты всегда считала себя недостойной, неравной мне, но ты выше меня и лучше. Жизнь Архангела очень длинна, в какой-то момент я потерялся, но встретил тебя, и существование обрело смысл. Но я не ценил, то, что имел, не понимал, что любовь — это подарок, благословение, а считал это проклятием. Какой я был дурак! Истина всегда лежала перед моим носом, но я продолжал падать во тьму, как утопающий, которому кинули спасательный круг, а он отмахнулся и ждал иного сигнала от Бога, молился о спасении, но погиб в пучине по своей глупости. Так и я потерял свою любовь, потому что был тем утопающим, просил Создателя о помощи, но не принимал дары.

Кажется, сейчас я впервые делаю то, что хочу. Я считал, что люди ограничены в своей сути, но, оказывается, вы парите без крыльев — и при этом упускаете возможности, не живете толком, лишь работаете и чахнете над златом. Не наслаждаетесь дарованной свободой, а куете цепи, которые держат вас в шаге от счастья.

Я был пленником своего разума, прошлого, но больше нет. Теперь я свободен, пусть ограничен этим миром и телом, но свобода заключается в другом. В выборе.

Я думал, что Отец сделал меня человеком в наказание, оказалось же — даровал свободу, позволил жить, как пожелаю. И я благодарен ему за это.

Терра была моим испытанием, и я провалил его. Было больно падать, но ужаснее видеть, как губишь ту, что дороже всех во Вселенной, ту, что досталась мне как подарок и стала спасением.

Мне хочется много тебе рассказать о моей новой жизни. Кажется, я нашел увлечение. Почти уверен, что это оно.

Это последнее мое письмо. Я был слишком эгоистичен, когда писал тебе: боль от расставания затмевала рассудок, думал, что погибну — так сильно рвался к тебе, но не мог явиться. Боялся сделать хуже.

Когда будешь готова — напиши мне. Сама. Я жду. Но будь честна с собой. Выбирай себя, Скай, а потом остальных. Я никуда не убегу, никогда не полюблю другую, в моем сердце есть место только для тебя, родная.

Я буду ждать… Но я скучаю, мое Небо.

Твой слегка поумневший дурак Аиррэль.»

В тот момент я смеялась и плакала одновременно. Дурак, но мой дурак, как ни крути.

Прошло еще полтора года…

Аиррэль сдержал слово и действительно больше мне не писал. Иногда я сама боролась с собой, особенно когда терапия давалась тяжко, когда казалось, что не будет конца, но я не позволяла страху и прошлому победить. Пусть мы две раненные птицы, подстреленные, но живые, хоть раны и сидят глубоко внутри, но время излечивает, исцеляет.