Книга Эльвендор-1, страница 62 – Маргарита Боулес

— Ох, лирая, побереги народ. Я ведь могу и вспыхнуть.

— Знаю, уголёчек, — уголки губ побежали наверх.

— С огнём играешь, — сделал ко мне шаг и коснулся большим пальцем моих губ, провёл нежно, едва ощутимо, но их уже жгло от прикосновений.

Возле двери раздались шаги.

— Оденься, лирая, — он чмокнул меня в щёчку и добавил. — Поешь, а мне нужно решить кое-какие неотложные дела. Увидимся, Анри. Нам есть о чём поговорить…

Он с разбега прыгнул с балкона вниз, а раскрыл в воздухе крылья могучий чёрный дракон, стоит ли говорить, как волочила слюни моя драконица?

В покои вошла Йоханна и принесла много разных блюд. Некоторые я видела впервые. Она молча расставляла их на столе, а я заметила маленький свиток, скрученный чёрной лентой и проставленной меткой Файердора, возле большого круглого чёрного как уголь хлеба, но не сгоревшего, а свежего и вкусно-пахнущего. Я взяла в руки и развернула записку, прочитала строки:«Прошу простить меня за утреннее недоразумение, надеюсь, Ваш гнев улёгся, и Вы осознали то, что были неправы! Я взял на себя смелость и испёк ради Вас лучший хлеб Файердора, изготовленный по уникальной рецептуре. Он имеет неповторимый сказочный вкус и аромат. Надеюсь, Вы оцените мои старания и более не будете думать, что в моём королевстве живут одни дикари, не умеющие печь. Уверен, что, попробовав раз, Ваше сердце будет навеки украдено, лирая Анриэль. Ваш НЕ друг, лиар Дар Драггон Шаардан Эрегон Файер».

Я засмеялась над очевидной издёвкой уголёчка, но и была приятно удивлена, даже несколько сбита с толку заботой и вниманием к деталям. Коснулась кулича пальчиком.

— Горячий. Словно только что из печи достали, — удивилась я.

— Лиар Дар Драггон пёк этот хлеб со вчерашней ночи.

— Правда?

— Слышала, он приказал послать за пекарями из самого Файердора и требовал испечь лучший хлеб, какой он любит есть с самого детства.

— Неужели? — я смотрела на ароматный куличик. — Попробуем? — предложила Ханне.

— Что вы, лирая? Как я могу?

— Не смей отказываться, смотри еды сколько, а мне одной скучно. Пожалуйста, — я пыталась уговорить несговорчивую девушку. — Столько добра я не съем!

— Если вы приказываете.

— Ещё как приказываю! — засмеялась я, и Йоханна улыбнулась.

Мы сели за стол напротив друг друга. Я сделала два разреза и протянула Ханне один из кусочков, предложила смазать маслом или положить сверху рыбку, а сама принюхалась. Обожаю, запах свежего хлеба, а этот пах по-особенному: огнём и дымом, лесными ягодами и маком. В разрезе были видны кедровые орешки, ягодки и изюм. Я не торопилась и растягивала удовольствие, а Ханна уже откусила и по-девичьи улыбнулась, принялась расхваливать лиара.

— Это ты вчера доложила Вайе о Дар Драггоне? — решила поговорить с девушкой на чистоту. Та испуганно посмотрела на меня, и ответ был написан на её лице.

— Простите, лирая…, — запричитала она.

— Ничего, я догадалась, что Вайя просила тебя следить за мной.

Она хотела что-то ответить, но внезапно стала задыхаться, словно подавилась куском хлеба или чем-то ещё. Я вскочила с места и попыталась помочь Ханне: обхватила со спины, надавила на живот кулаком, пытаясь вытолкнуть застрявший ком, но девушке становилось хуже. Я закричала и запаниковала, пыталась помочь, но Ханна задыхалась и умирала у меня на руках.