Книга Жена с характером. Развод для попаданки, страница 49 – Мария Шарикова

лицу, пытаясь собрать мысли. — Не серыми, а синими. Как море в хорошую погоду.

Я не знала, что ответить. Комплимент от пьяного мужа, это всё равно комплимент.

— Вы говорите глупости, ваша светлость, — выдавила я, стараясь придать голосу строгость.

— Глупости? — Грейсон повернул ко мне голову. В свете камина его глаза блестели. — Я говорю

правду. Самую настоящую правду. Я хотел сказать это сегодня за ужином, но не мог. Эдмунд

сидел и смотрел на вас, и я… Я ревновал.

Я замерла, перестав дышать.

— Ревновали?

— Как безумец, — выдохнул он. — Я видел, как он на вас смотрит, и хотел вышвырнуть его вон.

Вы моя жена. Моя. А он… Он не имеет права.

— Он ваш брат, — напомнила я.

— Брат, который завидует мне с детства, — ответил он, и в голосе его зазвучала горечь. —

Брат, который проигрывает состояния в карты и требует, чтобы я платил. Брат, который…

Грейсон не закончил. Он замолчал, уставившись в огонь, и я видела, как напряжены его плечи,

как побелели костяшки пальцев, сжимающих подлокотники кресла.

— Который что? — тихо спросила я.

— Который, возможно, разрушил мой брак, — сказал он так тихо, что я едва расслышала.

Повисла тишина. Я слышала, как потрескивают дрова в камине, как где-то за окном ухал филин,

как скрипнула половица в коридоре.

— Вы думаете, это он подослал Фэрбенкса? — поинтересовалась я.

— Не знаю, — ответил он, качнув головой. — Но я обязательно узнаю. Клянусь вам. Я узнаю

правду, чего бы это ни стоило.

Грейсон поднялся с кресла, шатаясь, держась за спинку. Он сделал шаг ко мне, потом другой.

— Что вы делаете? — спросила я, отодвигаясь к стене.

— Иду к вам, — ответил он. — Хочу быть рядом.

— Вы пьяны, Грейсон. Вы не соображаете, что говорите.

— Соображаю, — возразил он, и в голосе его прозвучала почти детская обида. — Как никогда. Я

всю жизнь соображал слишком много. А сейчас я просто хочу… Хочу побыть с вами. Пять минут. А

потом уйду.

Он подошёл к кровати и сел на край — тяжело, неловко, чуть не упав. Я отодвинулась ещё

дальше, прижалась спиной к изголовью, сжимая одеяло у груди.

— Вы обещали, что не будете входить в мою комнату без разрешения, — напомнила я.

— Я помню, — ответил Грейсон, глядя на свои руки. — Я не буду к вам прикасаться. Я просто

посижу.

— Вы сидите на моей кровати.

— Да. — Он провёл ладонью по одеялу, словно проверяя ткань на ощупь. — Это ваша кровать.

Она пахнет вами. Лавандой и… И ещё чем-то. Я не знаю чем. Но мне нравится.

Он был пьян. Он был нелеп. Он был опасен. И в то же время в нём было что-то такое, от чего

у меня сжималось сердце и перехватывало дыхание.

— Грейсон, — произнесла я мягко, почти шёпотом, — вам нужно лечь спать. В своей постели.

— Не могу, — сказал он, покачиваясь. — Там пусто. Холодно. А здесь… здесь вы.

Он лёг. Прямо на мою кровать, поверх одеяла, не раздеваясь. Вытянулся во весь рост, положил

руки на грудь и закрыл глаза.

— Грейсон! — воскликнула я, дёрнувшись к нему. — Вы не можете здесь спать!

— Могу, — ответил он, не открывая глаз. — Я герцог. Я могу всё.

Он уже засыпал. Я видела, как его дыхание становится глубже и ровнее, как расслабляются

мышцы лица. Исчезает напряжение, которое всегда было на его лице, когда он смотрел на меня.

Он выглядел уставшим ю, не только от выпитого бренди, но от всего происходящего: от