Книга Продавец вина, страница 24 – Марина Комарова

Петри поперхнулся вином и закашлялся. Да уж. Даже если надумаешь выдать себя за человека, то всё равно поставят в такую ситуацию, что вынужден будешь прибегать к своим волшебным штучкам, чтобы не помереть смертью храбрых.

Он снова обернулся. Инна и Денис, держась за руки, скрылись в зале. Что ж... Парень не лыком шит. Справится и с горгоной, и с одесской родней и любимой болонкой своей любимой. Главное, чтобы жилось при этом хорошо. А всё остальное мелочи, не так ли?

Официант принес еду.

— Сложно следить за своей фигурой, когда Аксайн откармливает словно на убой, - проворковала Умай-та, поглядывая на блюдо с морепродуктами.

— У него просто коварный план - отравить нас, - ни капли не смутился Петри, раздумывая, стоит ли принимать столь щедрое угощение. Или у бога Чёрного моря и правда очень хорошее настроение?

Нет, конечно, они не были врагами. Но... море так же переменчиво, как ветра на вершине Ай-Петри. Поэтому ужин ешь, а противоядие держи наготове.

— Сделай лицо попроще, - раздался рядом голос Аксайна.

Посмотрев на него, Петри понял, что всё же предположение о хорошем настроении было верным.

— Всем ли довольны мои дорогие гости? - невинно поинтересовался.

В тёмно-синих глазах светились яркие огоньки. Задор, желание, интерес. Охотник вышел на след - добыче не уйти.

— Прекрасно, - улыбнулась Умай-та. - Что ж ты покинул свою гостью, дорогой наш? Невежливо.

— Гостью твой прапра... короче, внук повёл показывать прибрежную площадку. Там... такой прекрасный бельведер.

— Так вот как теперь это называется, - хмыкнул Петри, расправляясь с мидиями.

В конце концов, у человеческого облика и тела есть свои преимущества. Потому ими надо пользоваться, пока есть возможность.

— Это всегда так называлось, о невежественный дух гор, - хмыкнул Аксайн, отодвигая стул и усаживаясь рядом. - У меня для вас две новости. Одна хорошая, другая - ух ты, не может быть! С какой начать?

Умай-та чуть нахмурилась, постучала по гладкой крышке стола красными ногтями. Петри повернулся к Аксайну. Так-так, всё же не просто так он общался с девочками. Унюхал что-то, мерзавец.

— С хорошей, - напряжённо сказала Умай-та. - И желательно без театральных пауз, а то я тебя съем вместо этого салата с кальмарами.

— Фи, дорогая, как ты вульгарна, - поморщился он. - Так вот слушай. В крови Инны имеется искра жизни. Потому, если они поладят, урожаи будут всегда богатыми, а дело ладится.

— Что за искра жизни? - поинтересовался Петри.

Умай-та молчала, но по тёмным глазам было видно, что если Аксайн попробует не ответить, то быть беде.

— Это дар городов-миллиоников, я сам только недавно научился его чувствовать. Если у тебя она есть, то выносливость развита до невероятнейших высот. Как она появляется - не спрашивайте. Тут разве что господин Стольный может ответить. Я пока ещё не разобрался.

— А какая вторая? - подозрительно спросила Умай-та, скомкав салфетку изящными пальцами.

— Втора-а-ая... - театрально протянул Аксайн.

Богиня, кажется, чуть не зарычала. Тот сделал вид, что раздумывает, но тут же получил тычок локтем в бок от Петри.

— Видишь, женщина нервничает, - невозмутимо сказал последний, думая, как утащить рапана с тарелки Умай-та, а то свои как-то очень быстро закончились. - А когда она нервничает, способна на страшное.