Книга Ямада будет спорить, страница 27 – Марина Комарова

Каждый предмет в этом магазинчике будто бы дышит древностью, хранит в себе частичку старинной магии. Кажется, что за любым из них скрывается какая-то тайна, которую можно разгадать, только зная нужный вопрос. Внутренний голос подсказывает, что в этом месте скрывается нечто важное для меня и, возможно, разгадка всего, что происходит.

Я продолжаю осматривать магазинчик, погружённая в раздумья, когда вдруг слышу, как кто-то мягко произносит:

— Чем могу помочь?

Вздрагиваю и оборачиваюсь на голос. Передо мной стоит продавец, но как ни стараюсь, не могу толком его разглядеть. Черты лица будто размыты, словно спрятаны в тени, несмотря на то что свет в помещении совсем не тусклый. Кажется, что он немного выше среднего роста, и я могу различить общие очертания фигуры, но только пытаюсь сфокусироваться на деталях – чертах лица, глазах, руках, как всё словно растворяется.

Кажется, я заработалась.

Продавец не шевелится, но его присутствие чувствуется очень ясно, даже слишком. Будто кто-то невидимый внимательно следит за каждым моим движением. Это заставляет нервничать. И в то же время будит необъяснимый интерес.

— Э… Здравствуйте, я просто… – Мой голос чуть дрожит, и я пытаюсь скрыть неожиданное волнение. – Просто смотрю.

— В этом магазине многое находит своих хозяев, – говорит продавец, его голос спокойный, как озёрная гладь. Но в то же время чувствуется нечто скрытое, будто на дне этого озера спрятано древнее сокровище. – Иногда не нужно искать, достаточно просто быть здесь.

Его слова звучат загадочно, и я чувствую, как лёгкая волна холода пробегает по спине. Неопределённость ситуации заставляет меня нервничать, но одновременно пробуждает интерес.

Я всё смотрю на него, но как ни стараюсь, глаза не могут остановиться ни на одной детали. Лишь очертания, лишь неясные линии, будто он часть этого странного места, а не реальный человек.

Продавец, заметив это замешательство, наклоняет голову, будто прислушивается к моим мыслям. Его голос звучит мягко, почти успокаивающе, но с какой-то ноткой, от которой бросает в дрожь:

— Вас что-то беспокоит? – спрашивает он, делая едва заметный шаг вперёд. – В зависимости от того, что тревожит ваше сердце, я могу подобрать нечто, что поможет найти защиту… или обрести спокойствие.

Я невольно сжимаюсь. Эти слова звучат так, будто он знает обо всём, что происходит в моей жизни. Словно видит меня насквозь, читает мысли, которые стараюсь скрыть даже от самой себя.

— Почему вы думаете, что меня что-то беспокоит? – Пытаюсь удержать голос ровным, но в нём всё же проскальзывает нотка сомнения.

Продавец ненадолго замолкает, словно обдумывая вопрос, а затем произносит всё так же неуловимо и загадочно:

— Те, кто приходят в мой магазинчик редкостей, редко делают это просто так. Ваше сердце ищет ответ или помощь. И этот магазин… может предложить больше, чем кажется на первый взгляд.

Слова повисают в воздухе, и я не могу не задуматься над его предложением. Может, он и прав. Может, всё, что со мной происходит, неслучайно.

А потом он делает шаг вперёд, и свет от ламп, мерцающих в витрине, выхватывает его черты из тени. Я замираю, невольно прикусывая губу. Он красив, но не так, как привычные айдолы с экранов телевизоров.

Высокие скулы, глаза, в которых словно плещется глубокая тёмная вода. Его кожа бледная, почти призрачная, и эта неестественная бледность лишь усиливает странное впечатление от внешности.