Книга Ведьма на выданье, страница 69 – Марина Комарова

Я сложил руки на груди, показывая, что не намерен смущаться и выкручиваться.

— Какая разница, мой князь, жена или невеста?

— В нашем случае пока никакой, — произнес он. — Так даже лучше. Однако вы должны понимать, что если Алина окажется опасна для Речи Шветной, то придется принимать меры.

— В смысле опасна? — тут же напрягся я, чувствуя возникшее желание подержать Шлях-Успенского за горло.

— Что вы слышали о смолях? — проигнорировал мой вопрос Вацлав.

Я хотел уже было продолжить про Алину, но вовремя заткнулся. Так, спокойно. Не стоит дерзить князю сейчас. Лучше потом встретить его стеной огня. Или ещё чем-то не менее действенным.

— Нет, не слышал.

Вацлава мой ответ не удивил. Он только кивнул и сказал:

— Хорошо, тогда слушайте.

История оказалась весьма занимательной.

Тадеуш Каторжинский с юности занимался наукой. Его интересовало колдовство не как способность, данная природой, а как возможность разложить всё окружающее на мелкие детальки. Чтобы, досконально изучив их, собрать во что-то новое, неизвестное этому миру.

Изучение Ключей колдовства поначалу было милой забавой. Но потом Тадеуш понял, как ими управлять… в более широком диапазоне, чем это делали местные бургомистры.

Потом Тадеуш пропал. А когда вернулся, уже был не один.

— И как же это определили? — уточнил я, невольно вцепившись в подлокотники.

Вацлав Шлях-Успенский умел рассказывать так, что ты падал в историю, чувствуя её запахи и страхи.

— Дневник Тадеуша, — пожал плечами Вацлав. — Всё до безобразия просто. Даже банально, я бы сказал.

Мне удалось сохранить каменную маску на лице. Черт бы тебя побрал, любитель оригинальности.

— Он называл существо, пришедшее за ним из другого мира — смоль, — продолжил Вацлав. — Смоль не имела тела, была невидима для нашего глаза, но при этом полностью подчиняла себе своего… владельца.

Я чуть нахмурился, пытаясь осмыслить сказанное. Паразитов достаточно и в нашем мире. Но они слишком слабы, чтоб взять в плен ведьмака.

— Как он понял, что… что-то не так? — спросил я, бросив быстрый взгляд на князя. Так-так, тоже задумчивый и далеко не радостный.

— В дневнике он достаточно подробно описывает свое состояние: упадок сил, невозможность колдовать, а потом — резкие всплески силы. Но самым ярким воспоминанием было то, что ночью он мог наблюдать… Только наблюдать за происходящим вокруг, но не действовать. Смоль тем временем изучала мир вокруг. И ей хотелось крови.

Я ничего не сказал, но невольно подался вперед, ожидая продолжения истории.

— Крови было достаточно. На Палланок, в котором Каторжинский жил со своей супругой, часто нападают волколаки. И крови было много…

— Тадеуш их привлекал? — внезапно появилась у меня догадка.

— Именно, — кивнул Вацлав. — Сам нарывался словно. И выходил победителем. Ровно до того момента, когда волколаков оказалось слишком много.

Повисла тишина. Враг оказался многочисленнее, чем… чем думала сущность… Смоль.

— Но ведь это не все? Смоль не пропала? — чуть прищурился я.

Он мне не договаривает. Вот нутром чую.

— Не пропала, — ответил князь таким голосом, что в комнате стало вмиг холодно. — Потому что в дневнике есть намек, что Тадеуш встречался с Анджеем. Именно после этого Анджей словно свихнулся, начав заниматься экспериментами с силой.