Книга Луна и драконы, страница 75 – Марина Комарова

Только бы мордашка не была такой сладкой. Чересчур как-то. Впрочем, не исключено, что наклавиньян она только на руку. В таком цветочном мальчике не заподозрят колдуна, который владеет навыками, о которых лучше не вспоминать.

Мы зашли в комнату в самом конце коридора. Я сразу отметила окно, из которого, если что, можно сигануть. Хоть интуиция и подсказывала, что причинять мне вред он не собирается. Тху и правда хочет поговорить.

Обстановка тут была порочно-ленивая. Эта кровать… Да у меня во дворце меньше! Тут же можно положить целый отряд стражи Киета, и ещё хватит места для Чу-чу.

Тху одним движением скинул обувь и рухнул на постель.

— О Ночесвет, только ты один знаешь, сколько я мечтал об этом миге, – практически простонал он.

Ночесвет… стоп. Про него упоминал Солнцеглаз, потом я ничего подобного не слышала. И вот первый человек на моём пути, который назвал его имя.

Тху протянул ко мне руки:

— Иди ко мне, моя рысь! Давай отринем все устои и правила, предадимся прямо здесь безумному и крышесносному греху. Как тебе?

Хмыкнув, я разогналась и кинулась к нему. Тху резво перекатился в сторону, явно не ожидав такой прыти.

— Сойлинг, ты чего?

— Сам позвал, – хмыкнула я, вовремя притормозив. – Лишил меня теперь всякого удовольствия.

— Сама виновата, нечего было просить заблокировать все каналы пхланг твоему супругу. Будь он в форме, того и гляди, вернулся бы с войны.

Я замерла, не в силах осознать услышанное. То есть к наклавиньян она ходила ещё и для того, чтобы сделать гадость Вонграту? Изумительно. Просто замечательно.

— А так… – медленно начала я, – есть и возможность не вернуться?

Тху сел на постели, посмотрел на меня, и на этот раз мне стало как-то неуютно и холодновато, несмотря на тёплую погоду на улице. Стало ясно, что передо мной и впрямь создание, с которым надо быть очень осторожной.

— Я отвечаю за качество своей работы, Сойлинг Сопха из клана Вечерних лотосов, – сказал он и улыбнулся. – Или же ты хочешь всё это проверить на себе?

Я не хотела. Мне как-то вообще было неинтересно, что может наклавиньян из того, что предлагает испытать на мне. Мне моё тело дорого, и не только как память.

— Ладно-ладно, – сказала я, чуть отодвигаясь в сторону. – Не кипятись. Пошутили – и будет. Я не хотела тебя задеть.

— Ты и не заденешь, – сказал он, заложив руки за голову, после чего прищурился. – А чего прячешь лицо? Не думаешь ли, будто сделаю что-то с твоей красотой?

Кажется, переиграла. Я стянула ткань с лица, но при этом не снимала с головы, прикрывая Ла-гуа.

— Так лучше, – сообщил Тху. – Терпеть не могу, когда что-то прячут. Помнишь, что я за открытые сделки?

Я на секунду запаниковала. Это «помнишь» – проверка? Он что-то понял? Или же я себя накручиваю. Вряд ли по одной внешности даже наклавиньян что-то может просчитать.

«Солнцеглаз, если ты меня слышишь, помоги своей дочери или как там меня… Ну очень надо», – подумала я.

Разумеется, никто на мою пришарахнутую молитву не ответил, но на душе стало немного спокойнее.

— Ты прав, – спокойно сказала я. – Просто поначалу немного испугалась. Я ведь тут была не одна. Что было бы, если б он нас увидел?

Сомневаться в том, что Тху в курсе о Киете, не приходилось, так как возле меня он оказался ровно в тот момент, когда я осталась в одиночестве. Значит, чувствовал и видел. Да уж… сложно всё.