Книга Зови меня перед смертью, страница 14 – Марина Комарова

Земля снова дрогнула. Я удержался, на этот раз даже не покачнувшись.

В том, что меня ждет встреча с человеком, сомнений не было. Звери не играют на музыкальных инструментах, а демоны не проводят ритуалов. Ритуал!

Пришедшая мысль озарила ярким всполохом. О Творцы, почему я сразу этого не понял? Ритм похож на музыку шаманов чжунг, которые приходят в империю из далеких горных районов. У них свой уклад, не совсем понятный нам. Однако они привозят на рынки полудрагоценные камни, дерево и шкуры и очень выгодно продают их.

Временами шаманы могут погадать. Все, кому улыбнется такая удача, говорят, что каждое слово — правда. Ни мне, ни Шаокин ни разу не встречались чжунг, хоть сестра и отчаянно хотела попасть на гадание.

— Что тут делает шаман? — прошептал я еле слышно и, прижавшись к стене, аккуратно заглянул направо, где коридор становился шире.

И сделал это не зря, потому что оттуда шел танцующий свет, который бывает только от пламени. Приблизившись, но не выходя на открытую площадку, я оценил обстановку.

Круглое помещение, пол исписан какими-то трудноопределимыми символами. Четыре статуи, которые частично погружены в стены, и наружу выходит только верхняя часть тела. Руки всех замерли в воздухе, словно в изящном танце. Присмотревшись, я понял, что и длинные пальцы сложены в жестах, похожих на те, что используем мы, когда накладываем заклятия.

С первого взгляда показалось, что лица статуй излучают спокойствие, но потом стали заметны криво изогнутые губы, нахмуренные брови и губы, которые приготовились что-то сказать.

Тени, которые бросало на них пламя в центре помещения, только делали лица более жуткими, готовыми ожить в любую секунду.

Я нахмурился. Кто разжег пламя? Оно не может тут гореть само собой долгие годы. Значит, есть некто, знающий путь в подземный лабиринт. И… выход из него. Я понятия не имел, захочет ли он мне помогать, но выбора не было. У незнакомца.

Услышав приближающиеся шаги, я отошел глубже в тень, с жадностью вглядываясь в фигуру появившегося возле огня.

Он был высок, пожалуй, даже выше меня. Широк в плечах. Черная просторная рубаха, широкий… Очень широкий кожаный пояс, увешанный массой камней, металлических фигурок и костяных стерженьков. Штаны с узорами по низу и припыленная обувь — прошел в ней точно немало.

Черные длинные волосы спускались по спине. Прихваченные зажимами у висков тонкие косицы. Что меня удивило — по прядям шла волна. В империи редко встретишь того, у кого волосы будут виться. Так уж сложилось, что среди наших предков никто не мог подобным похвастаться.

Значит, он точно издалека.

Человек резко вскинул руку, на пальцах сверкнули кольца, с которых сорвались оранжевые искры и метнулись в пламя. Снова зазвучал невидимый барабан. С запястья мужчины вниз соскользнуло несколько подвесок. Обережный браслет? Отсюда не разглядеть, есть ли на этих камнях какие-то символы.

Я сделал шаг ближе, стараясь разглядеть получше. Под моей ногой предательски что-то звякнуло. Человек быстро обернулся и посмотрел прямо мне в глаза.

По телу пронесся холодок. Как будто вместо меня увидели призрака. Страха не было, но было нечто, заставившее меня засомневаться в собственном существовании.

У стоящего напротив кожа такая же, как у жителей Дацзи, не считая необычного золотистого оттенка. Прямые брови, которые привыкли больше хмуриться, чем изгибаться в удивлении. Глаза, скорее всего, карие, но при таком освещении кажутся бездонной тьмой. И, как ни странно, во взгляде хоть и осталась настороженность, но теперь появилась какая-то ирония. Словно он так и знал, что кто-то его потревожит.