Книга Я у мамы зельевар, страница 39 – Марина Комарова

Я встрепенулась, когда пан Раудис вернулся. В его руках был поднос с чаем и печеньем. Едва угощение оказалось передо мной, я почувствовала аромат ромашки и мяты.

— У нас чаепитие? — улыбнулась с вопросом глядя на него.

— В некотором смысле, — кивнул пан Раудис, быстро разлив чай. — Бери, не стесняйся. Видишь ли, я тут подумал о случившемся и… Это, скорее всего, моя вина. Я не спросил Линаса перед отъездом, есть ли какой-то особый подход к горшку. С каждым изделием это индивидуально, хоть общие принципы и есть. Поэтому, сказав тебе, что делать, невольно подставил.

Я взяла аккуратную чашку в золотых розочках, чуть нахмурилась:

— А какой может быть индивидуальный подход?

Он задумался:

— Ну вот даже кормежка. Бывает такое, когда изначально делается вещь, которая будет использоваться усиленно.

Я сделала глоток — чай оказался просто божественным. Может быть, стоит оставить все свои принципы и желания, упросить пана Раудиса жениться на мне и остаться тут навсегда? А Линас… Ну ничего страшного, обретет красивую и вредную мачеху. А вот сам пан Раудис очень даже ничего, переориентируемся на мужчин постарше.

— Видимо, Линас понимал, что нагрузка будет немалая, у тебя много клиентов, потому тратиться больше сил, чем хотелось бы, — продолжал ничего не подозревающий о моих коварных планах собеседник. — Вот и сделал так, а меня в известность поставить не успел.

— То есть заранее все продумал? — подозрительно поинтересовалась я.

Заботился о качестве горшка или о моей работе? Очень странно.

Пан Раудис кивнул:

— Именно, Ядвига.

В последующие сорок минут он мне старательно объяснял принцип работы горшков и прочей посуды. В целом, всё сводилось к тому, что мастер делает все, учитывая специфику клиента.

— Но как же тогда вместо нужной основы под духи он наварил гречневой каши? — прищурилась я, старательно не смотря в сторону оставшихся печенек. Хватит, Ядвига. Будешь столько лопать сладкого, Жужа потом просто переломиться под твоей пятой точкой.

— Горшки не лишены каверзного духа, — вздохнул пан Раудис. — В каждом изделии есть искра силы Ловкорукого, которая подчас дает… неожиданный результат.

— И часто он такое будет делать? — мрачно уточнила я.

— Нет, — рассмеялся пан Раудис. — Главное, разговаривай с ним. И все будет в порядке.

Решив, что хуже не будет, я только кивнула. Надеюсь, все обойдется.

Перед выходом мне попытались предложить обувь, но я отказалась — всё равно полечу на метле. Поэтому, попрощавшись с гостеприимным хозяином, я подобрала туфлю и вылетела на Жуже домой, не подозревая, что там ждет сюрприз.

5Точнее, поначалу было всё в порядке. Я опустилась у двери в лавку, рядом никого подозрительного и раздражающего не наблюдалось. Не то чтобы я прям ждала, но мало ли… С пана Дудоли станется сделать какую-нибудь гадость. Да ещё и этот племянник Орбаса. Должен же он когда-то явиться, нам надо будет дальше говорить и решать вопрос.

Тем не менее, едва я зашла внутрь, как потеряла дар речи и едва не выронила метлу и несчастную туфлю из рук.

Муррис с одной стороны и горшок с другой кормили Сифиздиллу кашей.

— Ложечку за маму, ложечку за папу, ложечку за Чёрного рыцаря, — умильно мурлыкал Муррис и правда зачерпывая деревянной ложкой кашу из миски и отправляя цветку.