Книга Я у мамы зельевар. Держись, столица!, страница 39 – Марина Комарова

— Межгинес — кружевница, — спокойно разъяснил Оливерс и потом пожал плечами. — Ну право слово, кружевнице соревноваться с зельеваром — это глупость какая-то. Профессионального тут ничего не может быть. Значит, дело в личном.

— Можно было бы предположить, что Межгинес не понравился товар Ядвиги и Рады, но, насколько я помню, раньше погибшая ничего не покупала у них.

— Может, подарил кто-то, — пожал плечами Оливерс. — Знаете ли, бывает такое: взял, ужаснулся, а… на подарок будет!

— Очень смешно, — проворчал я.

Оливерс не посчитал нужным как-то прокомментировать и снова углубился в собственные записи.

Насколько я помню, проблем у Ядвиги с клиентами не было. Но мало ли? Всегда можно где-то промахнуться. Единственное, в чем Оливерс, безусловно, прав, это… дело не в профессиональной конкуренции. Причина совершенно иная.

Мы распрощались с Ааделем, который пообещал, как только будет готов последний анализ, сразу сообщит. Вернувшись к себе, мы попытались параллельно с отчетами, накидать несколько версий.

— Возможно, кто-то купил у Ядвиги зелье, добавил туда что-то и преподнес принцу в подарок, — предположил Кристап.

— Но не рассчитал дозу, и его светлости не пришёл каюк, а просто случилось несварение, — мрачно ответил я.

— Как-то ты не очень любишь нашу королевскую семью, — заметил Кристап.

— Потому что не стоит протягивать руки к моим близким людям, — рубанул я.

Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но потом резко передумал. Потому что… потому что в его глазах было полное согласие. Неважно, какой пост в стране занимает человек. Это не спасет его от правосудия.

— Пошли к Сиксне, — тихо произнес Кристап. — Доложим. А потом в лавку. Надо ещё раз опросить Раду и пани Василину. Мы должны быть уверены, что ничего не упустили.

И я не мог с ним не согласиться.

* * *

Когда я поднял голову от навалившейся работы, то с трудом осознал, что за окном хоть глаз выколи. Как бы ни хотелось заниматься только делом Ядвиги, но от остальных дел никуда не уйдешь.

Поэтому, стиснув зубы, приходилось переключаться на другие дела. Радовало, что пока новых жертв не было. Банда Лесных ножей не высовывалась. То ли нашли себе работку поинтереснее, то ли пока Эмилс утолил свои кровожадные мотивы. Сволочь.

— Как думаешь, в нас сапогами кидать не будут? — поинтересовался Кристап, завязывая папку с бумагами.

Он уже привел свой рабочий стол в порядок. Я немного задерживался. Нужно собрать инструменты. На завтра следовикам требовались поисковые светляки, поэтому пришлось сидеть над ними и не разгибаться.

— Кто именно?

— Благородные пани семейства Жойдь. — Он глянул на часы. — Всё же начало двенадцатого. Ночи.

— Спасибо, что уточнил, — произнес я, проведя ладонями по лицу, пытаясь стереть усталость.

Не получилось. Неплохо бы просто поспать. Но это подождать.

Закрыл ящичек с инструментами, замкнул все энергетические щеколды, которые превращают артефакторский стол в самый обычный, не специалист им не сумеет воспользоваться.

— Будут кидать — увернемся. Или поймаем, чтобы потом не обвинили в пристрастиях к дамской обуви. Сейчас такое сложное время.

Кристап хмыкнул:

— Ты, как всегда, прав.

Мы покинули управление явно не последними. В алхимической лаборатории кипела работа. Да и на верхних этажах, где сидело руководство, тоже свет не выключен.