Книга Кодай-но, страница 92 – Марина Комарова

— Мы… — наконец-то произнесла я. — Мы с Ошаршу решили породниться.

Честное слово, лучше б не говорила. На меня посмотрели так, словно я сказала, что съела на завтрак Кадзуо Юичи. Кстати, не стала бы. Он уже жестковат. Это надо будет очень долго готовить.

— Аска… — подал голос Гиртах. — мы все будем крайне благодарны, если ты разъяснишь, как именно это всё будет происходить?

Я многозначительно молчала. Хотя бы потому, что у нас будет только один шанс, который нужно использовать. Сыграть надо без репетиций. И Ошаршу дал понять, что чем меньше людей об этом будет знать — тем лучше. Поэтому ничего не оставалось, как только вздохнуть и покрутить браслет на запястье. Удивительно успокаивает, когда нет родного кайкэна.

— Я не могу сейчас вам ничего рассказать. Это условие Ошаршу. Но все произойдет в тот момент, когда Кодай-но окажутся в пещере.

Тишина, окутавшая все в комнате, показалась вязкой как смола. А ещё пахла льдом и шкандастанскими специями. Я понимала, что назад пути не будет, поэтому ничего не остается, как идти без остановки.

У нас всё получится. Иначе — никак.

Дочь из Тьмы и Солнца идет по земле. Дышит временем. Шепчет вместе с ветром. Зовет восстать тех, кто давно дремлет и ждет подходящего часа.

Дочь из Тьмы и Солнца скользит по крышам, заглядывает в сердца людей. Ведет за собой войско из мертвых и нерожденных. Ждет, кто присоединится к ним.

У неё обрубленные руки и слепые глаза. На губах кровь всех, кто когда-то предавал и только будет предавать.

Дочь из Тьмы и Солнца ступает босыми ногами по шипам и лепесткам. За ней змеится черный дым из праха и правды.

Пепел несется по улицам Шиихона, оседая в каждом уголке.

Вихрится над Кисараджу, оставаясь на изогнутых крышах.

Падает на острые шпили Ягаоки, столицы Края Звёзд.

Поет на островах земель клана Юичи, эхом долетая до Широсамы.

Смеется тысячей голосов в снегах Камигахары, сплетаясь с извилистыми тропками среди скал.

Дочь из Тьмы и Солнца идет.

Дочь идет.

Взвывает голодный ветер, взметая рыжие и черные волосы Шаманов Ночи, что смотрят в небо и уже бьют в свои барабаны.

Таинственно звенит подвесками и камнями в украшениях Шептуний Луны, что прислушиваются и в ответ выдыхают совсем нечеловеческие звуки.

Пробирается в углы храмов Оммедзи Звёзд, что читают древние тексты, не останавливаясь ни на минуту.

Касается рук и ушей Итако Луны, что плотнее кутаются в свои белые одежды и смотрят-смотрят-смотрят в бесконечное будущее, где туман и кровь.

Идет Дочь Тьмы и Солнца и меняет весь мир за собой.

Жрецы всех богов встревожены не на шутку. Да и какие шутки, когда с каждым днем всюду ширятся вести, что проснулась ещё одна богиня. Пятая.

Как. Что. Почему. Никто не ответит.

А ведь это угроза всему мировому порядку. Ведь неведомо, что она пожелает. Только полнится империя слухами все сильнее и сильнее.

И поступь Дочери Тьмы и Солнца становится всё тяжелее.

Натянув на лицо вуаль причудливого головного убора жрицы Ошаршу, я сидела в уголке скромной забегаловке, цедила зеленый чай и наблюдала за людьми.

Встревожены. Озадачены. Напуганы, но ещё не так сильно, как могли бы.

Никто не знает, как приходят боги. В общем-то, тут не очень любят, как люди приходят, кого не звали, а уж боги — тем более.