Книга Кобра. Аска из клана змей, страница 115 – Марина Комарова

Заискрившийся фиолетовой рёку клинок отсек голову Сузуму Юичи.

Все звуки, казалось, исчезли из этого мира.

Только ветер где-то шуршал в кронах деревьев. А еще волны накатывали на берег… далеко-далеко отсюда. Потому что я прекрасно знала: рядом моря нет, а река слишком мелкая и узкая для таких звуков разбушевавшейся стихии.

А может… просто слышно то, что творится у меня на душе?

У моих ног обезглавленное тело человека, который мог бы еще жить и жить, но отравленный рёку Сузуму больше никогда не сумеет оказаться в мире живых. Хидео было жаль. Хоть я теперь толком и не могла сказать: знала я его самого или же все делал входивший в его тело Сузуму.

Я глубоко вдохнула холодный влажный воздух. Горячка боя пошла на убыль, стало прохладнее. Еще чуть-чуть – начнется откат. Даже если не с рёку, то психологический. А у меня тут еще тьма работы. Впадать в истерику совершенно не подходит.

Еще раз глянула на тело и задумалась. Почему не кажется все это диким и ужасным? Я убивала в прошлой жизни? Или сейчас просто не до этого?

В любом случае не стоит просто стоять и смотреть. Надо действовать, Аска.

Я перевела взгляд на его голову. Нахмурилась. Плоть… проклятая плоть. Но у меня долг перед кое-кем, поэтому возможен только один выход.

Цокнула языком, прикидывая фронт работ. Жаль, моей филигранности умений не хватит, чтобы оставить одну ткань. Поэтому быстро присела, отрезала кусок плаща Сузуму и, отключив все чувства и мысли, быстро завернула в него голову колдуна.

Ты сказала, что я должна принести. Ты это получишь, о Хозяйка дорог без начала и конца. Твое слово – закон.

Я поднялась на ноги и быстро вычертила в воздухе кандзи «Огонь». И вкачала в него всю рёку, которую только было можно. Он вспыхнул в мгновение ока, в стороны полетели оранжево-красные искорки, как от языков костра, в которые кинули сухое полено.

Я невольно охнула и отпрыгнула в сторону. Кандзи висел в воздухе, переливаясь всеми цветами горящего огня.

— Ничего себе… – пробормотала под нос.

Такого еще не было. Кандзи не просто горел рёку, он отсвечивал стихией-пламенем, то есть показывал силу того, что воплощал. Это еще такое? Надо будет разобраться. Разумеется, когда отсюда выберусь.

Я махнула рукой, и кандзи рванул к тому, что осталось от Сузуму Юичи. И подняла голову, чтобы посмотреть на небо.

Не знаю, поступаю верно или нет, но сердце подсказывает, что делать нужно именно так. Когда я опустила глаза, Сузуму превратился в прах. И, лишь тускло сиял рёку Шенгаев осколок ребра Тэкео.

Как он уцелел после моего безумного огня?

Не отдавая себе отчета, я быстро шагнула вперед, подхватила осколок, сдула пепел. По коже пронесся жар. Я сунула его в карман кэйкоги. Потом разберемся. Внутренний голос подсказывал, что не стоит это оставлять тут.

Я собралась уже отойти, как под ногой что-то звякнуло. Нахмурившись, снова посмотрела на землю. Рядом с заляпанным кровью мыском моего тапочка валялся массивный перстень. Продолговатый рубин сверкал словно кровь, просвечивающая сквозь кожу цуми.

Он притягивал взгляд, не давая смотреть куда-то еще. Казалось, что внутри камня есть еще что-то беспокойное и живое. Сейчас оно затаилось и затаилось. Но, когда придет время, оно проснется. И тогда покажет все, на что способно.