Книга Кобра. Аска из клана змей, страница 105 – Марина Комарова

Сузуму заговорил. Низко, протяжно, отбивая каждое слово, будто металлическим молоточком на наковальне. Его пальцы порхали, словно диковинная бабочка, сливались с ночной тьмой, вытягивали из нее алые нити, напитывали их рёку.

Из колодца вновь потянуло красным.

— Тэкео Шенгай, да будет проклят твой род, да превратятся в прах твои потомки, да зарастет травой домашний алтарь, да…

— Может быть, скажешь мне это в лицо? – раздался насмешливый голос.

Сузуму резко обернулся, тьма заструилась сквозь пальцы.

Из тени храма шагнул вперед воин в доспехах. Возраст – где-то за сорок. Волосы убраны, черты лица скорее рубленые, чем привлекательные, но в то же время в нем что-то есть. Он в доспехах, на поясе висят два меча. Руки сложены на груди. Взгляд черных глаз направлен на Сузуму.

— Что, колдун, без помощи Хромого ты никто?

Колдун.

Лицо превратилось в оголенный череп, плоть исчезла.

Неужели это тот самый, с которым мы пытаемся совладать? Но как? Столько лет прошло. Я не так уж изучала историю рода, имя Тэкео мне мало о чем говорит. Но он явно не простолюдин.

Сузуму хмыкнул. Медленно повернулся к Тэкео, оказавшись в профиль ко мне.

— Заждался я тебя, заждался.

Я же была не в силах шевельнуться. Лицо Сузуму выглядело изуродованной маской. В точности как у Фэнго.

— Плохо встречаешь, – спокойно заметил Тэкео. – Я надеялся хотя бы на чай, не говоря уже о рисовой водке. Юичи знают в ней толк.

Сузуму шутовски поклонился.

— Прости меня, великий Шенгай. Не учел. Впрочем… не стоит огорчаться. Я ее выпью на твоих похоронах.

И, вспыхнув алой рёку, кинулся на Тэкео.

Две недели назад, Шиихон – столица Тайоганори

Свиток, перевязанный бирюзовой лентой и скрепленный золотой печатью, пролетел по столу и остановился перед ладонью Санта.

— Полюбуйся на указания Наследника Огненной Крови, Благословленного предками…

Эйтаро еле сдерживал себя, чтобы не наговорить лишнего. Желтые глаза горели звериным пламенем. Он стискивал кулаки и, кажется, в любой момент был готов разорвать несчастную депешу на клочки.

Сант медленно взял свиток.

Он сидел в углу возле камина, наслаждаясь ароматом засахаренных цветов будлука и терпкого порошка из префектур Края Звезд, который рассыпали специально, чтобы в помещениях стоял свежий запах.

Эйтаро шагнул к окну, вглядываясь во тьму.

Земля белела снегом, небо было синим, каждая звезда горела ярко, словно драгоценности в одеждах любого лизоблюда в императорской свите.

За спиной послышался шорох раскрываемого свитка. Сант читал молча. Он вообще прекращал быть обаятельным парнем, как только наступал вечер. День – для работы. День, чтобы развязывать языки нужным людям. День – это труд. Вечер – для души. С Эйтаро они друг друга понимали прекрасно. Не нужны были лишние слова, чтобы почувствовать, что у другого на душе. И если б не травма, из-за которой Эйтаро восстанавливался целую весну, то так бы вдвоем и работали. Но сверху поступило указание присоединить к ним еще двух напарников: степняка Ордо и северянина Йонри. Оба сейчас вышли, оставив на столе недоигранную партию гомоку.

Ордо похож на неудержимый табун степных лошадей. Мчится вперед, не видя препятствий. Не будет долго юлить, но если потребуется кому-то свернуть голову – проделает это с виртуозным изяществом. Йонри – ледяная вода. Никогда не поймешь, что у него на уме, не прочесть ни единой эмоции, он замораживает собеседника взглядом. Однако ловко добивается своего, при этом жертва даже не может понять, что выложила все свои секреты.