Книга Ядовитый цветочек для тёмного мага, страница 37 – Валентина Гордова, Зоя Кресак

А дело всё в чём? Так в наших посетителях — не нравятся они ей. Шумят, понимаете ли. Песни за ужином петь изволят и говорят излишне громко. Летучим мышкам, на минуточку, ночным существам, спать мешают. А то, что эти твари сами в ночи пищат все разом, как ненормальные, и честным людям отдыхать мешают — так это не считается, так это у них природа такая, и вообще иди отсюда со своими обвинениями, я тебя слушать не буду и даже на порог своей лавки не пущу. Так-то!

— М-м-м… — мужчина в кустах даже и не думал о смене дислокации.

— Подъём, кому сказала! — прикрикнула, ударив палкой по мягкому месту, так удачно ко мне повёрнутому.

Всё-таки терпения у управляющей за две недели беспрерывной работы не осталось никакого.

— М-м-м, не н-надо! — возмущённый мужчина повернулся на бок, демонстрируя миру и мне помятое лицо с прилипшей на него травкой.

— Сейчас я кому-то насильно свой десерт скормлю, — я когда злая, сразу угрожать начинаю.

— Да ладно в-вам… н-норма-ально же общ… ик! Общались… — с этими словами мужчина встал, и, пошатываясь, побрёл дальше по улице.

Так-то!

С чувством выполненного долга я неспешно побрела по улочкам. Когда перед глазами предстала центральная площадь, замедлила шаг, разглядывая людей вокруг. В одном углу играли с мячом мальчишки, чуть дальше разглядывали платья в витринах четыре молодые девушки, а на лавочках аккурат у большой городской доски для объявлений примостилась группка бабушек, которые, казалось, совершенно не жарились под открытым солнцем в шерстяных платках, кофтах с длинными рукавами и многослойных юбках в пол. То тут, то там встречались и расходились парочки.

Город жил своей размеренной жизнью.

А я жила надеждой, что найдётся тот сумасшедший, который захочет работать в «Пьяном зельеваре» разносчиком. Именно поэтому взяла курс на доску объявлений, надо ведь поручение Арнара выполнить.

Когда я выбрала для своего листочка самое лучшее место и взяла из стоящего рядом ящика гвоздь и молоток, бабушки на скамейках как по команде повставали со своих мест и быстренько облепили меня со всех сторон. Это дело обычное — заняться им весь день нечем, вот и бдят, сидя на площади. Обсуждают друг с другом прохожих, изредка покрикивают на развеселившуюся детвору и, конечно, пристально изучают каждое объявление.

Вот только мне повезло меньше.

Как только самая быстрая из них прочитала вслух название таверны, бабки вокруг завертелись, запричитали, а одна даже тыкнула в меня своей клюкой.

— Ещё и разносчиков в эту забегаловку нанять хотят! — послышалось сзади.

— Всех нормальных мужиков загубили! — теперь справа.

— Мой муж так и пропал три дня тому назад, когда туда ушёл! — совсем рядом, практически в ухо завопила одна из старушек.

Чем больше я недоумённо продолжала таращиться на собственноручно прибитое объявление, тем меньше можно было разобрать отдельные фразы в этом гудящем рое. Бабушки не на шутку всполошились, подняв в самом центре города такой шум, что заинтересовались все вокруг. Казалось, даже чайки перестали кричать и замерли в небе, с интересом глядя на развивающийся спектакль.

— А ну-ка хватит горланить! — я развернулась, собрав всю волю в кулак.

Зря.

Смотреть на доску было куда спокойнее, чем наблюдать, как с десяток пар глаз с ненавистью прожигает тебя взглядом.