Книга Кровавый герцог и серебряная невеста, страница 41 – Виктория Руиза

После нескольких минут ожидания я процедила отвар, добавила мед и лимон, чтобы сделать его более приятным на вкус. Довольная результатом, я вернулась в его спальню с горячим настоем в руках.

Винсент все ещё лежал в постели, но теперь его дыхание выглядело ровнее. Я присела рядом с ним и аккуратно подняла его голову, предложив полстакана тёплого напитка.

— Пей, это поможет тебе, - сказала я, стараясь говорить с уверенностью.

Он немного приоткрыл глаза и посмотрел на меня, в его взгляде появилась благодарность.

— Спасибо, Эмилия, - прошептал он, принимая настой и выпивая несколько глотков.

Глава 27. Винсент.

Пока мы ехали в сторону дома, Николь словно рассматривала меня с некоторым непониманием. Я же чувствовал себя, мягко говоря, не очень. Мне было душно, хотелось поскорее расстегнуть рубашку и дать себе немного воздуха. Мышцы ломило, а к горлу подступал ком тошноты. Глаза словно заволокла пелена.

Едва экипаж замер у порога, я вылетел из него, словно стрела, не удостоив Николь даже взглядом. Ворвавшись в замок, я тут же принялся расстегивать верхние пуговицы рубашки, а затем замер у распахнутого окна, будто изнемогая от жары. Так и стоял, устремив взгляд в бездонное, умиротворяющее ночное небо, которое, однако, не приносило мне желанного покоя.

Я услышал шаги позади - это была Николь. Я понимал, что она беспокоится, но не хотел, чтобы она видела меня в подобном состоянии. По всем признакам, я должен был выглядеть ужасно. Поэтому я словесно оттолкнул её.

Когда она попыталась меня обнять, моё тело словно окатило холодной водой, и я дернулся. Я не понимал, что со мной происходит, но не хотел, чтобы она сейчас была рядом. Всё внутри меня накаливалось, и я не знал, как это обуздать.

Пожелав спокойной ночи, она ушла. Я даже не обернулся на её удаляющиеся шаги. Одна лишь мысль о ней приносила отторжение. Но почему? Ведь ещё недавно я был готов убить тех мальчишек за то, что они хотели с ней сделать, а сейчас...

Я стоял у окна, вдыхая ночной воздух, но он не приносил облегчения. Мои мысли путались, как облака, иногда скрывающие полную луну. Я не мог понять, что же происходит. Это была неконтролируемая вспышка эмоций, какая-то тревога и потеря ясности.

Что случилось? Почему те чувства - ощущение безопасности, нежности, которые были так сильны вчера, сегодня стали тёмным пятном? Я чувствовал себя разорванным между тем, что высоко ценю, и тем, что меня отвергает.

Закрыв глаза, я попытался прогнать эти мысли, но они как будто вновь обретали силу, подступая к сердцу, и в очередной раз накрывали меня волной непонимания и страха. Это было невыносимо.

Я попытался отвлечься, глядя на звёзды, но даже их спокойствие не могло успокоить мою душу. Я был один, и это одиночество давило на меня сильнее, чем любой страх.

Простояв так достаточно долгое время и поняв, что легче мне не становится, я решил отправиться к себе. Меня тянуло к найденному уединению, но чувство тревоги по-прежнему преследовало меня.

Проходя мимо покоев Николь, я почувствовал небольшое искушение заглянуть внутрь. Слегка приоткрыв дверь, я увидел, как на полу осталось её платье. Балкон был открыт, а она, завернутая в плед, уснула прямо на диване. Снова. Этот вид, раньше, вызвал бы у меня улыбку, но сейчас он оставлял меня равнодушным.