Книга Кровавый герцог и серебряная невеста, страница 106 – Виктория Руиза

— Поцелуй меня... - прошептала я, глядя в бездонные золотые глаза.

Он наклонился и впился в мои губы. В его поцелуе не было ничего робкого или нежного. Сплошной огонь, желание, и головокружительная, ошеломляющая страсть. Руки сами собой обняли его, и я ответила на поцелуй с такой же энергией. Его жар и его вкус захлестнули меня, породив в душе настоящий пожар, и я медленно сгорала в огне, который все получал и получал новую пищу...

Он уложил меня на постель, и наши тела слились в едином, страстном порыве. Я чувствовала, как его желание проникнуть в меня было настолько сильным, что казалось, он пытается раствориться в моей коже.

— Да... - шепнула я в его вопрошающий рот. - Да, ближе...

Винсент издал глубокий стон, который сменился низким рычанием, когда я обвила его бедра своими стройными, обнаженными ногами, приближая его к самому сердцу моей страсти.

— Ближе... - повторила я, тяжело вздыхая.

Его пальцы, словно шепот, скользнули по изгибам моих бедер, ласково приподнимая край тонкого шелка. Затем, проникая в нежное пространство между кожей и прохладой простыни, его ладони обхватили мои ягодицы, даря волну тепла.

— Ох, боги! Мне кажется, ты меня зачаровала. Твоя мягкость и сладость просто сводят с ума. Позволь мне ощутить тебя всю, Николь... Я хочу тебя... - вырвалось у него с приглушенным стоном.

И прежде, чем мой ум успел что-либо сообразить, захлестнутый волной желания, Винсент упал к моим ногам и придвинул меня поближе к себе, раздвинув ноги, и я оказалась полностью открытой перед ним.

Я поверить не могла, что со мной происходит такое! И тут в моём затуманенном страстью мозгу мелькнула мысль: «А почему на мне нет белья? Неужели меня переодели, а за него забыли?». И чуть дернувшись, я попыталась отодвинуться... Но Винсент посмотрел на меня.

— Не отворачивайся от меня. Позволь доставить тебе удовольствие.

Зачарованная огнем, пылавшим в его глазах, и жаром его рук, я кивнула и немного неуверенно произнесла:

— Хорошо...

Он поцеловал внутреннюю сторону бедра, потом другую, и его язык описывал круги по коже, подбираясь к самой сердцевине. Его руки сжались вокруг меня, как надёжные цепи, губы опустились на моё самое сокровенное, а язык, словно нежный художник, плавно рисовал волны удовольствия по моему телу. Сначала он просто изучал мой вкус, дразня нежный бутон, исследуя влажные складки...

Я шевельнулась, желая большего. И шире раскинула ноги. Он откликнулся мгновенно. И со стоном проник в меня языком. Я ахнула.

— Ты на вкус как дорогое вино, пьянящая и горячая...

Его слова эхом отдались в моём холме наслаждений. Его язык выскользнул наружу и закружил возле жемчужины, ритмично и сильно, а потом снова нырнул вглубь...

— Ох боже! Что ты со мной делаешь? - простонала я.

— Делаю тебя своей, - чуть слышно откликнулся он.

Глава 67. Николь.

— Винсент… - отрывистый шепот вырвался у меня непроизвольно и был похож на тихую мольбу.

Он поднял голову. Растерянность и страсть были в его ярких глазах, пытливо вглядывавшихся в моё вспыхнувшее лицо.

— Ты хочешь, чтобы я прекратил? - хрипло выдохнул он.

Я с силой затрясла головой. «Нет же, нет». То, чего я хотела, было невозможно выразить словами.

Улыбка, тронувшая его глаза, была какой-то неживой, и все же, прежде чем он опустил ресницы, я заметила, как в темных глубинах огромных зрачков сверкнуло удовлетворение. Винсент уткнулся в ложбинку между грудями и стал исследовать ее губами и кончиком языка. Его теплое дыхание, скользившее по коже, поднимало во мне жгучие волны возбуждения.