Книга Тайна Печатей, страница 20 – Ада Николаева

«Но не я… Во всяком случае до знакомства с Кристиной. Если бы не она, сама я не решилась бы шантажировать куратора».

Крис заметила моё смятение и забрала у меня из рук карточку со словами:

— Возьми другую, мы тоже тянули по второй.

И я взяла… но она оказалась ещё хуже предыдущей. Лучше бы я вообще выбрала действие, чем теперь была вынуждена отвечать на этот вопрос:

«Когда ты лишилась девственности?»

Надо же мне было вытащить именно эту карту. Как вышло, что в толстой стопке именно она лежала следующей? Почему такой простой вопрос для других девушек достался именно мне? Вмиг в голове прокрутилось с десяток вопросов и возмущений, но ответить всё равно пришлось:

— Я пока ещё ни с кем… — невнятно пробубнила я.

— Да ладно! — в сотый раз за вечер воскликнула Окси.

— Это нормально, — поддержала меня подруга. — Изменим вопрос: первый поцелуй — когда он случился?

— Я пока ещё ни с кем… — окончательно растерявшись, я повторила ту же фразу, что и минуту назад. Девчонки захлопали глазами, и мне пришлось прояснить: — Не целовалась.

— Поля, тебе сколько лет?! — звонче прежнего поинтересовалась Окси.

— Восемнадцать исполнилось, как и вам, — я попыталась говорить спокойно, словно в этом нет ничего особенного.

— Обалдеть! Ни с кем?! Правда?!

Я отрицательно покачала головой. Клянусь, если Окси не прекратит так эмоционально реагировать, я заклею ей рот скотчем.

— С ума сойти! — вновь воскликнула девушка. — Я в летнем лагере впервые поцеловалась, но это не считается. Всё, что было в лагере — остаётся в лагере!

— А я на дне рождения в восьмом классе, — хихикнула Крис. — Проиграла в бутылочку.

Я была рада, что девчонки отошли от темы моей личной жизни, переключившись на собственные воспоминания, хотя я и почувствовала себя из-за этого неуютно. Ощущение, будто я лишняя.

— В неё разве можно проиграть? — спросила Окси Кристину. — Это скорее выигрыш!

— Если парень тот, что надо, — пояснила подруга. — Мне тогда не повезло. У него были кривые зубы и прыщи по всему лицу.

Девчонки продолжили весело хихикать и обсуждать своих бывших парней, полностью исключив меня из разговора. Однако лучше так, чем невнятно бубнить и краснеть от стыда. Пускай я снова стану незаметной, чем буду тупо кивать и улыбаться на далёкие для меня темы.

На мгновение мне захотелось рассказать им, что не так-то просто поцеловаться, когда тебя презирают в школе и никто не хочет с тобой дружить. Что даже если я хотела повзрослеть раньше, то не могла, потому что видела в своей жизни одни лишь домашние задания вместо ночных переписок с парнями и семейные праздники вместо прогулок с подругами.

Мне хотелось этим с ними поделиться, но не хотелось ворошить прошлое, а потому я просто смущённо молчала, пока девчонки болтали о своём. Следом вспомнился эпизод, который я не хотела вытаскивать из памяти, но он сам всплыл наружу, заставляя заново пережить болезненный опыт.

На уроке английского языка нас попросили назвать имена наших лучших друзей и рассказать, чем они увлекаются. У меня сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда до меня дошла очередь. Я молилась о звонке, но моя фамилия стояла в начале списка. Чёртова «Бронина» начинающаяся с «Б». Меня вызвали, а я сидела и понимала, что мне некого назвать. Собравшись с мыслями, я выдумала имя, назвав первое пришедшее в голову, якобы моей лучшей подруги, учащейся в другой школе. Ева — так я её назвала. Она увлекалась книгами и хорошо училась — точно моя копия, только красивее и общительнее. Такой я себе её представляла. Такой я хотела стать сама.