Книга Академия Печатей, страница 14 – Ада Николаева

— Как по маслу! — воскликнула я, вставив образец в оправу. Теперь это походило на карманные часы, причём весьма элегантные. — Красотища!

Я уже начала прикидывать как буду носить свой кровавый пропуск: на поясе или на шее, как вдруг мне на глаза попалась бумага с перечнем необходимого в школу.

В списке не нашлось ничего необычного: предметы личной гигиены (зубная щётка, расчёска, шампунь), нижнее бельё, чулки да пижама. Даже меньше, чем я рассчитывала прочесть. Хотя стоило догадаться по разрешённому весу багажа всего в три килограмма, что много вещей взять с собой не получится.

Также в конце списка имелось напоминание, написанное крупным шрифтом:

«ПРИБЫТЬ В ОБЩЕЖИТИЕ 17 ИЮНЯ НЕ ПОЗДНЕЕ 9:00 ПО ВАШЕМУ МЕСТНОМУ ВРЕМЕНИ!»

Я как раз закончила любоваться своими новыми вещами, когда меня из кухни окликнула мама:

— Поля, чайник закипел!

— Уже иду!

Я быстро затолкала форму обратно в ящик и побежала к родителям. Вскоре домой вернулся ещё и брат, присоединившись к празднованию. Он никак не мог поверить, что его глупая младшая сестра поступила за границу, из-за чего весь вечер допрашивал меня, не применила ли я тёмную магию. Я хихикала, но про себя думала, что Лёша не так уж далёк от истины в своих надо мной подшучиваниях.

Семейный сбор на кухне продлился вплоть до первого часа ночи, пока родители не начали зевать от усталости, а брата не позвали на очередную студенческую тусовку. Тогда все и разошлись по своим делам, в том числе и я, вернувшись к ящику с новой школьной формой. Уснула также с ней в обнимку.

* * *

Все последующие дни я грезила началом учёбы в Академии Печатей и совсем забыла о том, как буду объяснять свой внезапный отъезд родителям. Хотела выдумывать легенду, будто меня встретят в аэропорту и доставят в Оксфорд, вот только билеты показать я не могу… Да и мама обязательно захочет расспросить моего вымышленного сопровождающего, тоже загвоздка. Ещё и багаж мой чересчур мал для длительного отъезда. Мама наверняка решит, что меня заманили бесплатным обучением в престижном вузе, а на деле увозят в рабство, после чего и вовсе никуда не пустит.

Поразмыслив, я пришла к выводу, что поступить мне придётся иначе, а после надеяться, что мама не слишком испугается.

В ночь перед первым учебным днём я написала ей письмо, которое оставила у себя на столе. Там я изложила придуманную ранее легенду об аэропорте и сопровождающем, также упомянула, что свяжусь с ней при первой же возможности. Звучало всё это неубедительно и подозрительно, но ничего лучше я не придумала.

Правда и перемещаться из собственной комнаты на этот раз не решилась. Всё-таки родители просыпаются рано даже по субботам, а потому я сбежала из дома ни свет ни заря и бродила по ближайшему скверу с деревянным чемоданчиком в руках, пока на смартфоне не зазвенел будильник, извещающий, что уже полдевятого утра.

Дыхание спёрло от предвкушения, из-за чего я даже ускорила шаг, пока в один момент не замерла в ступоре.

— О нет! — вырвалось из меня очень громко, заставляя немногочисленных прохожих обернуться.

Внезапно я осознала, что даже не уточнила у Уру или у той женщины, что выдавала мне школьную форму, как мне снова попасть в Академию. Меня одолела паника. На часах уже виднелось без десяти минут девять утра, а я понятия не имела, что мне делать.