Книга Бывший, которого невозможно заблокировать, страница 50 – Мариэль Сальвия

— Он назвал имя. Марк. И всё, без фамилии.

Рыбаков обменялся быстрым взглядом с напарником.

— А можете описать подробнее? Возраст мужчины, рост, особые приметы?

Мира описала всё, что смогла. Сообщила, что у Марка высокий рост, всегда длинное тёмное пальто старомодного покроя, спокойное, почти неподвижное лицо, тёмные, как глубокие омуты, глаза. И сказав про глаза, немного смутилась, опять вспомнила про злополучный поцелуй.

— А фотографии, случайно, нет? — лейтенант Воробьёв оторвался от планшета. — Люди иногда снимают подозрительных незнакомцев на телефон.

Соня ведь ей говорила, но Мира так и не попыталась сфотографировать Марка. Либо телефона не было под рукой, либо встреча поглощала её целиком и полностью, и о том, что она могла бы сделать фото, Мира вспоминала только тогда, когда объект для съёмки растворялся на улицах города без следа.

— Нет, — честно ответила она. — Никакой фотографии я сделать не успела.

— Понятно. А сегодня? Вы говорите, этот Марк спас вас, и он был там непосредственно перед обрушением?

— Оттащил меня за секунду до того, как конструкции рухнули.

— Это интересно. — Рыбаков впервые за разговор оживился. — Тогда должны быть свидетели и записи с камер. Места там тихие, но стройплощадки обычно оборудованы видеонаблюдением. Это может помочь нам установить личность вашегоспасателя-преследователя.

— Именно об этом я и говорила! — Соня подалась вперёд к капитану. –

Записи покажут, кто этот Марк на самом деле. Может, даже видно будет, откуда он следит постоянно за Мирой. Или как он устроил обрушение. Вы только внимательно смотрите эти камеры!

— Мы направим запрос. — Рыбаков закрыл блокнот. — Обычно это пара дней, нужно официальное обращение к владельцам зданий в округе и к строительной компании. Как только получим все материалы, то свяжемся с вами. Если ваш Марк объявится раньше, вызывайте лучше сразу наряд.

Пока Рыбаков обговаривал с Мирой формальности и подписывал бумаги, лейтенант Воробьёв подсел к Соне сверять хронологию событий для протокола и завис над её ноутбуком дольше, чем требовало дело.

— Это вы составляли? — парень листал таблицу на её ноутбуке. — Перекрёстные ссылки, цветовая разметка. — Сами?

— А что? — Соня мгновенно ощетинилась, готовая защищать своё детище до последней капли крови. — Слишком по-дилетантски выглядит?

— Нет же, это лучший свидетельский материал, который я видел за два года службы. — Лейтенант сказал это без всякой галантности и без желания поразить девушку, скорее с чистой профессиональной досадой. — У нас потерпевшие обычно «ну, это было где-то в среду… или в четверг». А тут хоть в суд неси. Вы, случайно, в органах не работали?

— Я организатор свадеб. — Соня вздёрнула подбородок, ожидая привычной усмешки, которой её награждали подавляющее большинство лиц мужского пола, стоило назвать им свою профессию.

— А, тогда понятно, — серьёзно кивнул Воробьёв. — Женщины с паническими атаками, логистика, тайминг, управление людьми в условиях жёсткого дедлайна. У нас в отделе половина этого не умеет.

Соня открыла рот, за всё время никто ни разу не восхитился её табличками. Восхищались платьями, банкетами, фейерверками, но не табличками.

— Если вспомните ещё что-то, — теперь уже Воробьёв достал крохотный бумажный блокнот из нагрудного кармана, вырвал из него листок и написал номер, — Звоните напрямую мне, не через дежурную часть, так быстрее будет. В любое время.