Книга Пламя в темноте, страница 26 – Таня Нордсвей

— В третий год обучения кадеты проходят «испытание металлом и камнем», после которого драконы образуют связь с кадетами, — продолжал отвечать на вопрос Беса Ромус. — После будущие всадники тренируются со своими драконами, устанавливая более прочную связь — в воздухе и на тренировках. Когда наступает четвёртый год, самый трудный, кадеты до самого выпуска учатся контролировать свою магию, сливаясь с душой дракона настолько, что магия начинает прочно циркулировать между душами дракона и кадета. И когда на пятом году обучения приходит день испытания, будущие всадники должны пройти сквозь стену огня всех драконов. Если связь кадета и дракона сильна, а магия циркулирует в них должным образом, соединяя души, то выпускник останется цел и невредим, выйдя из стены огня. И лишь тогда его провозглашают всадником.

Пять лет, а то и больше уходило у академии на то, чтобы выдрессировать из обычных детей орудия убийств. Притом не только элитных всадников, но и солдат и магов, что также учились в Лармаре, но в другом крыле академии. Единственные, кто более-менее подходили бы под специализацию моего брата — это лекари. Но опять же, его уже предопределили во всадники и вряд ли после повторки можно было сменить решение Ше’ру в данном вопросе. Ведь каждый всадник мог заменить солдата или мага, но солдат или маг не мог заменить всадника. А всадники Империи были нужны всегда, поэтому надежды на перевод Ромуса в другое подразделения изначально были провальными. И мой план оставался в силе.

Тем временем в классе повисла тишина, а потом Бес похвалил Ромуса:

— Отлично, кадет Ромус. Полагаю, что этот блок наших занятий вы совсем скоро окончите с блестящими результатами, если и дальше будете внимательно слушать и отвечать. Надеюсь, ответ кадета был полезен для госпожи Ребекки, — Бес снова ухмыльнулся. — Итак…

Я усиленно начала вести записи, еле поспевая за рассказом Беса. Но из моей головы до сих пор не выходило то, что рассказал Ромус.

Выходит, чтобы стать всадником, я должна доказать свою связь с драконом, перепрыгнув годы обучения… А ещё баргат говорил, что мне придётся ему доказать, что я всадница… Неужели он заставит меня войти в огонь, чтобы проверить мою готовность к обучению?!

Но хуже всего было даже не это.

А то, что, будучи связана, своего дракона я до сих пор не ощущала.

* * *

— Пойдём, Ребекка, — сухо скомандовал мне Алакай, когда я вышла из класса практически самой последней. Мне очень хотелось поговорить с братом, но нам помешал этот вездесущий Ше’ру. — Пора в столовую. Иначе будешь голодать до ужина. Обеда у нас нет. Идём.

Нехотя мне пришлось подчиниться, ещё раз бросив взгляд на Ромуса, который видел, как Алакай уводит меня в столовую. Встретимся скорее всего уже там. Быть может, после завтрака мне удастся поговорить с братом?

— Тебя что, в мои няньки записали? — буркнула я себе под нос.

Алакай усмехнулся. Пока мы шли по коридору, кадеты постоянно косились на нас, шепчась в чём-то. Как здорово, что я стала новым поводом для сплетен!

— Шаян приказал сопровождать тебя. Повсюду, — он сделал акцент на последнем слове, из-за чего я мысленно взвыла. С приставленным ко мне Ше’ру мне будет гораздо труднее поговорить с Ромусом. Не то, что вывести его из академии!

— Приятно, что сами Ше’ру считают меня опасной, — фыркнула я.