Книга Пламя в темноте, страница 12 – Таня Нордсвей

Мой рот раскрылся в немом крике. Подо мной была огромная высота, а внизу ждали острые пики скал.

Рука продолжала соскальзывать, а вторая потянулась к талассцу. Я молила о помощи, понимая, что он мне её не окажет.

Зрение заволокло белой вспышкой — засиял нарост-проводник души чёрного дракона.

Белый свет был последним, что я увидела.

Драконий рёв был последним, что я услышала.

Боль во всём теле было последним, что я испытала.

А потом моя рука соскользнула окончательно, и я схватила ей пустоту.

Сильная мужская рука схватила меня за запястье, не давая упасть в объятия ожидающей смерти. Меня, как тряпичную куклу, мотнуло ветром, а потом талласец одним уверенным движением забросил меня на спину дракона.

— Идиотка, — услышала я его бормотание.

Но мне было не его оскорблений, ибо от пережитого ужаса меня сковал ледяной страх. А потом, из-за того, что я оказалась перекинута через шею дракона висящей головой вниз, меня позорно вырвало. Благо, в воздух, а не на одежду.

— О Церут, иди сюда, — талласец ухватил меня за руку и резко усадил прямо, пройдясь по мне с ног до головы тяжёлым взглядом. — Уцепись за наросты и держись крепко. Я посажу его.

Мне было настолько плохо, что я беспрекословно ему подчинилась.

Рука, которой я ещё несколько минут назад удерживала себя от падения, онемела. А желудок скрутило так, что я начала сомневаться — не вырвет ли меня во второй раз?

Талласец придавил меня своим телом и обвил одной рукой меня за пояс, крепко удерживая в вертикальном положении. Мои бёдра тут же начали саднить от такой поездки верхом на жестких пластинах чешуи ведь, в отличие от мужчины, я сидела не на кожаном углублении на спине дракона, а рядом с острыми шипами. И я трижды успела пожалеть о том, что не умерла, пока талласец мысленно развернул дракона в сторону пещеры, откуда и начался наш с ним бой.

Когда талассец скинул меня на каменный пол, я застонала, отползая подальше от огромного дракона. Но он больше не предпринимал попыток нас убить, ведь теперь он подчинялся талассцу. А мужчина внимательно рассматривал меня, явно думая, что теперь делать.

Меня радовало в этой ситуации лишь одно — что незнакомец выглядел таким же потрёпанным, как и я. Правый рукав его кожаной брони был оторван, поэтому я могла с ненавистью разглядеть узоры татуировки, струящейся от ладони — тату связи всадника с драконом. Я знала, что если перевернуть ладонь мужчины, то увижу на его кисти закручивающуюся спираль. В том самом месте, где он накрыл нарост-проводник дракона рукой.

— Мне следовало дать тебе умереть, — выплюнул талласец, потирая пальцами виски. — Ты ходячая неприятность. Как хоть тебя зовут, козочка?

— Ребекка!! — зашипела я. — И что же не дал тогда мне погибнуть, когда я сорвалась с дракона?! М?

Мне стоило поблагодарить его за спасение, однако я была в ярости от того, что теперь всё, чего я хотела достичь, оказалось в руках этого ублюдка!!

— А ты ещё не поняла?

— Не поняла что?!

Я замолкла, глядя на него как затравленное животное. Мои волосы выбились из косы и теперь спутанно покоились на моих плечах. Плевать.

— Что именно не поняла? — вкрадчиво повторила я, и лишь тогда этот нахал соизволил кивнуть на мою занемевшую руку.

Я перевела взгляд на кисть правой руки и… увидела на ней витую татуировку, начинающуюся со спирали и тянущуюся к плечу. От неожиданности я даже поперхнулась воздухом, недоверчиво вертя руку перед глазами.