Книга Представь нас, страница 28 – Молли Гоинс

— Что тебе нужно?

Подняв голову, я изо всех сил стараюсь скрыть неуместный девчоночий восторг.

— Что-нибудь, чтобы почистить картошку, мерные стаканчики... и ложки. О, еще дуршлаг и миксер!

Отстранившись от косяка, он иронично изгибает бровь.

— И все? Может, еще кухонную раковину выдать?

— Честно говоря, не отказалась бы, — подыгрываю я, и от короткой шутки лицо Уилла озаряет улыбка. Черт, ему определенно стоит делать так почаще.

— Дуй к себе, — командует он. — Я все принесу.

Едва удержавшись от порыва броситься ему на шею, я ограничиваюсь простым:

— Спасибо.

Что ж, пусть и не с голым торсом, но на кухне Уилл выглядит чертовски соблазнительно. Он принес все, о чем я просила, и, если не считать тех подначек в дверях, больше не отпускал язвительных замечаний и не сверлил меня осуждающим взглядом. Мало того, он предоставил мне возможность возиться с готовкой, вмешиваясь лишь тогда, когда сама зову на помощь.

Я вовсю настраивалась, что он заявится и бесцеремонно приберет все к рукам, однако Уилл с самого начала позволил мне верховодить. И я даже не подозревала, как сильно нуждалась именно в таком отношении, пока он не произнес:

— Ладно, командуй, что делать.

Какая-то легкомысленная часть меня отчаянно рвалась съязвить и поинтересоваться, так же ли Уилл исполнителен в постели, но вовремя прикусила язык – никаких двусмысленностей. Если собираемся дружить, необходимо соблюдать личные границы.

Ведь мы же именно дружим... верно?

Пока я заканчиваю взбивать пюре, Уилл достает из духовки булочки.

— Так, у меня есть еще минут двадцать, прежде чем нужно будет выезжать к маме, — сверяется он со временем. — Что на очереди?

— Господи, Уилл, я совсем позабыла, что тебе еще целый час пилить на машине! — пугаюсь я, чувствуя себя эгоисткой из-за того, что узурпировала его праздник. — Пожалуйста, поезжай. Я сама закончу...

— Калли. Что делать дальше? — взгляд не терпит возражений, да мне, честно говоря, и не хочется спорить. Слишком уж нравится его помощь. Кажется, присутствие Уилла упорядочило вечный хаос в жизни.

Чуть ранее, когда я чересчур увлеклась красивым выкладыванием маршмеллоу поверх батата, он без лишних слов разогрел духовку и вытер просыпанный тростниковый сахар.

— Не мог бы ты достать симпатичную миску во-о-он из того шкафа? — я указываю на высокий шкаф у него за спиной. — Впрочем, если надо, могу притащить гибрид стула и стремянки.

Качнув головой с тихим смешком, Уилл поворачивается к шкафу, чтобы исполнить просьбу.

— Чувствую, тебе пора покупать кулон с тревожной кнопкой на случай, если решишь куда-нибудь влезть.

— Помогите, я упала и не могу встать! — дурачусь я, и на его лице снова играет улыбка, пока несет миску. Боже правый.

— Что? — интересуется Уилл, вырывая меня из оцепенения.

Черт. Захлопав глазами, я прогоняю наваждение.

— Ничего. Я... э-э... Так, значит, к маме? А как вы обычно празднуете День благодарения?

Обойдя кухонный островок, Уилл останавливается напротив и пожимает плечами.

— Ничего особенного. Обычно собираемся вчетвером: я, мама и сестры. Из дальней родни почти никого, большинство осело во Флориде.

— Серьезно? И вы не ездите туда на праздники?

— Да ну, мама не слишком жалует шумные семейные сборища. В детстве мы выбирались пару раз, но, честно говоря, мне больше нравится сидеть в тесном кругу, чем тесниться в крошечном домике у моря, где бабушка с дедушкой принципиально держат кондиционер на двадцати четырех градусах.