Книга Ребёнок для бывшего-предателя, страница 43 – Яра Славцева

Я встала и подошла к окну. Хотелось не кричать. Кричать — слишком легко. Хотелось очень холодно и очень точно причинить ответную боль.

— Я больше не хочу защищаться, — сказала я.

Артём поднял на меня взгляд.

— Это хорошая мысль. При условии, что вы не имеете в виду топор.

Я повернулась.

— Я имею в виду, что хочу ударить в ответ.

Он кивнул. Медленно. Будто ждал этой фразы.

— Наконец-то.

— Не поняла.

— Вера, все эти дни вы вели себя достойно. Очень достойно. Слишком достойно. Но люди уровня Астафьева понимают только одно: цену риска для себя. Пока мы лишь отбиваем их удары, они считают, что давление работает. Нам нужен контрудар.

— Какой?

Артём слегка прищурился.

— У меня есть основания полагать, что в нескольких их схемах по земле и подрядчикам всё не так чисто, как они любят показывать. Пока это только догадки. Но если подключить правильного журналиста, пару запросов и ваши материалы по аренде, мы можем запустить совсем другой разговор. Не про беременную бывшую, а про системное злоупотребление влиянием.

Я смотрела на него, не мигая.

Вот она. Грань.

До этого момента я ещё где-то глубоко внутри надеялась, что всё решится локально: отбились, защитили студию, пережили роды, развелись, разошлись, выжили. Но Артём предлагал другое. Наступление. Публичную войну. Настоящую. С грязью, шумом и последствиями уже не только для меня.

— Если мы начнём, назад дороги не будет? — спросила я.

— Не будет.

— И ударит по Максиму тоже.

— Уже ударило. Вопрос в другом: он с нами или против нас.

Я опустила взгляд на бумаги.

За окном шёл всё тот же серый снег. В квартире пахло кофе и бумагой. Внутри меня билось маленькое сердце. А передо мной лежала возможность больше не быть просто жертвой обстоятельств.

— Я согласна, — сказала я.

Артём внимательно всмотрелся в моё лицо.

— Уверены?

— Да.

— Даже если станет грязнее?

— Уже некуда чище.

Он кивнул.

— Хорошо. Тогда работаем по-настоящему.

В этот момент зазвонил мой телефон.

Максим.

Я посмотрела на экран, потом на Савина.

— Брать?

— Конечно, — пожал плечами он. — Теперь ему тоже пора узнать, что поезд назад ушёл.

Я ответила.

— Да.

— Ты дома? — голос Максима был напряжённым. — Мне нужно тебя увидеть.

— Я дома. Но не одна.

— У тебя кто?

— Савин.

Пауза.

— Тогда тем более хорошо. Я еду. И у меня новости.

— У всех сегодня новости, — сказала я устало.

— Эти тебе понравятся меньше.

Связь оборвалась.

Я медленно опустила телефон.

— Что ещё? — спросил Артём.

Я покачала головой.

— Не знаю. Но, кажется, теперь и он понял, что всё стало по-настоящему.

А внутри у меня, вопреки страху, поднималось что-то новое.

Не боль.

Не любовь.

Не обида.

Жажда расплаты.

И именно в эту секунду я окончательно перестала быть женщиной, которую пытаются спасти.

Я стала женщиной, которая идет мстить.

Глава 21. Новость, после которой уже нельзя отступить

Глава 21. Новость, после которой уже нельзя отступить

Максим приехал через двадцать минут. Даже не поздоровался толком — вошёл, захлопнул за собой дверь и сразу посмотрел на меня так, будто вёз не просто информацию, а ещё один кусок динамита.

— Что случилось? — спросила я.

— Ника исчезла.

Артём, сидевший у меня на кухне с ноутбуком, медленно поднял голову.