Книга Малум, страница 73 – Юлия Макс

— Фауст нанял нас, чтобы мы проверяли возможность того, что это могут быть не люди, – перебил ее Якуб.

Он сел в машину, и она сделала то же самое, громко хлопнув дверью.

— Какой ты наивный в свои тридцать три, – зло засмеялась она. – Не давал бы он нам дел, если бы не был уверен, что это всего лишь обычные люди.

Якуб сжал челюсти и, не глянув в ее сторону, завел мотор.

— Я не считаю, что это так.

— Не считай, – она дернула плечом. – Но сними уже наконец розовые очки, а то того и гляди они разобьются стеклами внутрь.

— Язва, – тихо ругнулся он.

«Дурак!» – подумала Эва и с удовлетворением увидела, что Якуб злится, хотя делает вид, что его не задел ее тон и слова.

Остаток дня Эва и Якуб провели, разыскивая в сети похожие случаи утопления возле замка Звиков. Таких оказалось с десяток за последние три года. Вроде и немного. В статье староста написал развернутую памятку, как вести себя на воде и что делать, если человек рядом тонет.

— Снова староста, – сказал Якуб и показал ей еще одну статью, в которой говорилось, что Онджей Рыбарж на посту уже как сорок лет, а глава полицейского участка так вообще сорок два года.

— Как-то слишком долго, – вырвалось у Эвы. – И роста оба невысокого.

— Нам не могло так повезти, – снова повторил Якуб, и она была с ним согласна. – Например, кастелян тоже невысокий.

— Значит, на празднике будем приглядывать и за ним.

Далее они просмотрели дела жертв более тщательно. Первый был в долгах по кредитам, второй – пьяницей со стажем, третья женщина, судя по отчету, систематически подвергала домашнему насилию своих детей.

— Такое впечатление, что у хастрмана высокие моральные принципы и он избавляет общество от неудобных по его меркам людей, – резюмировала Эва.

— Или он верит в Бога, – со смешком рассудил Ягр.

Ей безумно хотелось самой сходить на берег реки ночью. Эва не собиралась приближаться к воде, но хотела вернуться туда, отчего-то чувствуя, что они не смогут сложить пазл с поиском убийцы, работая в паре. Поужинав, Эва сделала вид, что хочет спать, и они разошлись по комнатам. Только спать она не легла. Эва быстро оделась, в этот раз решила идти налегке, проскользнула в коридор и на носочках, чтобы не издать ни звука, прокралась мимо дверей, за которыми, как она надеялась, готовился ко сну Якуб. Едва Эва прошла несколько метров в сторону берега, как чья-то тяжелая рука легла ей на плечо.

Тело отреагировало быстрее, чем мозги. Она развернулась и выбросила вперед руку с электрошокером.

— Давай еще меня выруби, а потом пойди на корм хастрману! – огрызнулся Якуб, в последний момент сумев перехватить ее запястье и избежать встречи с разрядом электричества.

— Ты меня напугал! Что ты здесь забыл? Ты же спать ушел!

Эва освободила руку из его хватки. Она резко вспотела и часто дышала от всплеска адреналина. Якуб же оставался спокойным, но было видно, что он раздражен.

— Кто бы говорил, Эва, – криво усмехнулся он. – Кто бы говорил.

— Я иду одна, ты прикрываешь, – объяснила Эва свой план.

Якуб кивнул, и дальше она пошла в одиночестве, но, стоило признать, с большей уверенностью, чем раньше. У берега слышался легкий, успокаивающий плеск воды. Эва неторопливо прогуливалась вдоль реки, а потом повернула обратно. Сверху, скорее всего с оборонительной замковой стены, возведенной прямо из скалы, послышалось знакомое насмешливое воронье карканье. Эва передернула плечами от мысли, что ее преследует птица. Ворон. Раньше, до Лукова, она ни разу не замечала какого-либо интереса к себе со стороны пернатых. Вопрос: что изменилось?