Книга Малум, страница 119 – Юлия Макс

— Помнишь, о чем мы договорились? – спросила она, не глядя на него.

Якуб кивнул, а перед глазами стоял их поцелуй в номере отеля в Луково.

— Не сближаться? Не переходить черту?

— Потому что работа важнее, – с холодной иронией добавила Эва. – Мы всего лишь напарники.

Молчание длилось несколько секунд. Только поворот. И еще один. Слева – обрыв, справа – каменная стена.

— Ты боишься, что это осложнит нам отношения, – произнес Якуб глухо, – и сделает уязвимыми перед тем, с чем нам приходится иметь дело?

Он не видел ее лица, потому что следил за дорогой, но услышал в голосе уверенность, когда она ответила:

— Я не боюсь, Якуб. Я просто этого не хочу.

Он смотрел на дорогу, петлями ложащуюся под колеса, но успевал замечать и иглы елей, и скалы, окрашенные в красноватый, как следы засохшей крови, цвет, и туман, обнимающий вершины, но избегал даже мельком взглянуть на Эву.

Тупая боль уколола сердце, но Ягр проигнорировал ее и спросил:

— Что у вас с Баалом?

— Ничего, – дрогнувшим голосом ответила Эва.

— Такое же ничего, как у нас с тобой?

Водичкова шумно вздохнула и сложила руки на груди.

— Примерно такое же.

Якуб сильнее сжал руль. Разговор о чувствах у них явно не клеился.

Поворот. Скрип шин по гравию.

— А с Баалом ты, значит, не работаешь?

Чувство, темное, как мазут, залило внутренности и вызывало раздражение на себя и на Эву. Она глянула на Якуба и расхохоталась, откинув голову на сиденье.

— Знаешь, Якуб, таким ты мне очень нравишься.

— Каким? – спросил он, подумав, что она обзовет его ревнивцем.

— Эмоциональным, – все еще улыбаясь, ответила Эва.

— Хочешь сказать, что это я обычно скрываю эмоции? Ты сама прячешь их постоянно. И не говори мне, что я не прав.

— Не буду, – перестав улыбаться, бросила Водичкова и демонстративно отвернулась к окну.

«Чтобы понимать женщин, нужно родиться женщиной», – вспомнил Якуб слова отца, когда единственный раз поделился с ним рассказом о неудачных отношениях.

«Порше», урча, словно хищный зверь, мчал по горной дороге. Луга, которые тянулись прямо по склонам гор, украшала песочного цвета трава, а внизу находился поселок. Они миновали табличку с названием «Канацеи» и остановились в узкой улочке, где стариками стояли дома: деревянные балконы, черепица, лисьи шкуры, сушеные травы над дверьми. Над крышами нависал массив Селла, огромный, пугающий и древний.

— Здесь все как в деле, что нам прислали. – Эва повернула айпад к Якубу: храм Святого Флориана, площадь, старая гостиница Cavallino Rosso с нарисованным оленем на вывеске.

— Вот и он. – Якуб показал на здание перед ними. – Cavallino.

Дверь гостиницы открылась еще до того, как они успели подойти. На порог вышла седовласая женщина в темной юбке и вязаном жилете. Глаза у нее были выцветшие, но цепкие.

— Вы из полиции? – без приветствия и любезностей спросила женщина на английском, чем огорошила Якуба. Как она так с ходу распознала в них не туристов, он понять не мог.

— Не совсем. – Якуб замешкался, хлопая себя по карманам, а затем извлек из нагрудного удостоверение. Показывая его, он изобразил вежливую улыбку. – Мы из международного отдела полиции Ватикана, и нам нужно где-то остановиться.

Женщина не кивнула, не улыбнулась, только посторонилась.

— Что ж. Мы уважаем Ватикан как орган власти, но верим в совсем другого Бога, – сказала она тихо, но отчетливо, а затем уже повысила голос: – Сейчас межсезонье. Большая часть отелей закрыта. Можете остановиться у меня. Все равно почти все номера пустуют.