Книга Чужая земля, страница 61 – Анна Кунгурцева

Илья перешел на примирительный тон, понимая, что Дитрих еще и пьяный.

— Понял я, понял, да только где мы тебе Нику возьмем? Она у себя дома и уже десятый сон видит! Брось это дело, Дитрих. Тут свидетелей… всех ты точно не успеешь положить. Тут ведь на Шёпот уже не спихнешь, да? Скольких девочек ты уже так убил? И ты серьезно подумал, что можешь так же с дочкой генерал-майора поступить? Ты этим объявишь войну на истребление, и за такое Портной и Мясник тебя покрывать не будут, да даже Шнайдер, потому что это перебор даже для Звезды. А если от вас отвернется Шнайдер, мы вас всех перережем за неделю.

— Заткнись! — нервно бросил Дитрих, и в эту же секунду вагоны тряхнуло, свет в поезде ненадолго померк, а когда освещение восстановилось, он удивленно распахнул глаза, — Ника… Вероника!

Илья обернулся, тут же крепко выругавшись, потому что увидел шагающую в их сторону Нику, но только он повернулся обратно к Дитриху, услышав, как бьётся стекло, непоправимое произошло прямо на его глазах.

Раздался влажный хруст, и капитан раскрыл рот, увидев стоящую рядом Алину. Девочка держалась за горлышко бутылки двумя руками, а сколотая часть была вогнана в шею Дитриха, который, кажется, даже не успел понять, что произошло, но успел нажать спусковой крючок.

Прогремел выстрел, мужчина захрипел, пальцы его разжались, пистолет бесхозно упал, и Алина испуганно закричала и отпрянула, оттащив за собой обмякшую сестру. Дитрих схватился за горло, изо рта полилась кровь, и он упал, дергаясь в судорогах.

Агония продлилась недолго, видимо Алина под адреналином качественно всадила розочку. Мужчина отнял окровавленные руки от горла, под шеей растекалась алая лужа. Он обмяк окончательно, тихо прохрипел и устремил безжизненный взгляд в потолок.

Илья уже не знал, куда деваться и за что хвататься. Он вобрал в грудь побольше воздуха и обернулся на Нику.

— Я тебе сказал сидеть в купе, какого хера ты притащилась!? — рявкнул он, несомненно напугав девушку, и тут же прошел к Дитриху, присел на корточки, прощупал пульс и встал, схватившись за голову, — мать твою… да это нахуй шутка какая-то!

Он посмотрел на Алину, та с круглыми глазами и в слезах сидела на полке, прижимая к себе и безустанно тормоша сестру.

— Василиса! Проснись! Проснись, пожалуйста! — и снова навзрыд заревела, кажется, понимая, что произошло.

— Заткнись ты уже! Оставь её! Не трогай, её, она мертва! — выпалил Илья, взъерошив волосы.

Свет вновь заморгал и вдруг погас окончательно, засвистели пневматические тормоза, и поезд начал стремительно сбрасывать скорость.

— Это еще че за нахер? — мгновенно напрягся капитан, крутя головой, и когда состав остановился посреди ночи в глуши, Илья испугался по-настоящему, будто до этого мало было, — нет-нет-нет, пожалуйста! Только не сейчас!

Злосчастный вагон вслед за темнотой погрузился и в давящую тишину. Прошла минута, две, и Илья понял, что электроснабжение скорее всего оборвано и когда будет восстановлено – неизвестно.

— Илья, в чем дело? Почему мы остановились? — к нему подскочила взволнованная Ника, и он тут же опомнился, обратив внимание на плачущую Алину, в два шага настигнув её, и аккуратно склонился над ней.

Пришлось действовать грубо и быстро, но он отстранил её от бездыханной сестры, пересадив на соседнюю полку.