Книга Чужая земля, страница 34 – Анна Кунгурцева

— Просто прикинуться её парнем и побазарить с человеком из Звезды, чтобы к ней не лез? Да не вопрос, — ответил Илья и поднялся, — разрешите идти?

— Ты хоть о себе побеспокоился, отморозок? Я тебе людей выделю для прикрытия! — взволновался Вольфганг.

— Зачем?

— За шкафом, дебил! А если их на встрече десять будет?

— Да откуда там десятерым взяться? А вообще в идеале чтобы мы там были с Никой вдвоём.

— Чё? — вскочил Вольфганг, — чё ты сказал?

— Если вы хотите убедительности, — перешел Илья на примирительный тон, — мы должны быть вдвоем. Вы че, хотите назначить встречу?

— Ну а как иначе!?

— Тут по-простому надо, не надо никаких стрелок. Я буду сопровождать Нику в течение дня, этот чепушила объявится по любому. Там я ему и растолкую, как нынче все обстоит, чтобы не рыпался. Если надо будет, обозначу.

Шульц докурил, затушил окурок в пепельнице, задумался. А ведь да, на назначенную встречу Дитрих возьмет с собой человек десять, а просто так он гоняет максимум с одним-двумя. Осталось только надеяться, что он изволит показаться до отъезда капитана и нарвется на Нику вместе с Ильёй.

— Будь по-твоему. Только смотри…

— Я не дам вашу дочь в обиду, — спокойно ответил парень, — поставьте ее в известность и дайте поговорить со мной. Всё решу. Будет лучше, если это произойдёт сегодня.

— Что произойдёт? — не понял Вольфганг.

— Ника побудет со мной. Не надо ничего такого думать, мы просто пообщаемся, узнаем друг друга получше. Для убедительности.

— Поехали уже, — выслушав, отрезал Вольфганг и встал, накинув свое пальто, — но если ты к ней прикоснешься, я тебя освежую.

Мужчина выключил ноутбук, проверил пепельницу, не тлеет ли, и вместе с телохранителем вышел из кабинета.

* * *

Я – Илья Гейнц. Не знаю, жертва ли я обстоятельств, или всё так спланировано свыше, так же не знаю, каким хреном я оказался в этом мире, но знаю про него две главные вещи. Планетой правят две фракции. Днём – фашистская Германия, а ночью – Шёпот. Последним, как показала практика, любое оружие по боку, их отпугивает только свет. Они обладают нечеловеческой силой и страшно кровожадные. Я очень легко мог влететь и подписать себе смертный приговор, но несовершенство мира, в который я попал, вышло мне на руку. В итоге тем самым отморозком, который отжал ствол у пэпсов на Бульзовской, сочли Серёгу. Прикольный был пацан, но сразу оговорка – был.

Мне же повезло пробыть одну ночь бок о бок с генерал-майором местного ВГУП, которого хотели завалить его же подчиненные. А я тут такой из себя, вписался, загасил обоих, и конечно же, он это не оставил без внимания. Видимо испугался, что он все-таки для пуль мягкий и записал меня своим телохранителем, протащив на должность капитана, а старому он устроил допрос с пристрастием, и тот сознался, что переформировал группу, отправляемую с Вольфгангом, и оказывается все четыре головореза там были заодно и хотели порешить генерал-майора. Целеустремленный был капитан, хотел подняться повыше, в итоге залёг пониже. Личное дело мне состряпали, выдали ксиву, оружие… пожалуй, закончу на этом.

Конечно, я пытался не раз провернуть свою же схему с метро, но всё без толку. Сажусь на Дарьянской, приезжаю на Бульзовскую, и наоборот. Теория с ритуалом не сработала.

Но с этим я за полгода смирился. Перейду к тому, на чем я закончил. Дмитрий Конев знал, как отсюда свалить, значит это возможно, и я рано или поздно узнаю, как. Но а пока… у меня есть ксива, оружие, и я могу почти безнаказанно гасить фашистов беспредельщиков. Что может быть лучше? Разве я здесь не за этим…?