Книга Сердце зимы, страница 94 – Хелена Хейл

— Таки потрахаешься с Красильниковым? Да. Точно. Надо было поджечь ему не джемпер, а брюки, чтобы он забыл про секс. Или откинулся вовсе, – фыркнул Виталик.

Поджечь джемпер?

Я все же поднялась на ноги, пошатываясь. Руки были перепачканы в грязи, как и вся одежда. Встав напротив Виталика, я осознала, что страх потихоньку улетучивается и нарастает ярость. Это он поджег Даню в церкви!

— Так это был ты?! Господи, а клуб? Тоже ты? – Я вторила его повышенному тону.

— И еще много чего я, и что? Теперь путь к твоему сердцу точно закрыт?

Безумная улыбка на его лице. Виталик чуть нагнулся, зацепившись жадным взглядом о мои губы.

— Оно никогда не принадлежало тебе. Ты чертов псих! Маньяк! Я ведь старалась быть верным, чутким другом! Я не бросала тебя и не давала обещаний! Не вредила тебе и твоим близким, черт подери! А ты украл мой первый поцелуй, мой первый раз… я не виновата, что не люблю тебя, я люблю Даню! – проорала я. Галки над нами взмыли в небо и раскричались. – Да. Я люблю его, – увереннее и спокойнее заявила я.

— А он тебя любит, Агата? Что он делал без тебя все эти годы? Жил себе спокойно, вот что! Строчил брехню в письмах, чтобы ты, наивная девчонка, продолжала верить в то, что нужна ему!

— Ну, конечно! Это ты крал письма? – я истерически хохотнула, куртка и штаны чуть намокли, отчего стало холодно и застучали зубы.

— Поверь, ничего интересного ты бы в них не нашла. Да и одно письмо до тебя все-таки дошло, – Виталя ухмыльнулся, и тут до меня дошло.

— Почему, почему ты так поступил со мной?! Может, эти письма помогли бы мне выжить?! Ты задумывался о том, что я чувствовала, когда лишал меня возможности увидеть эти письма? Это ведь ты сочинил то письмо от Дани? Он бы не сдался. Это я сдалась.

— Конечно, лишал тебя ложных надежд.

Я что было силы оттолкнула Виталика, но он, чертова машина, лишь покачнулся. Очевидно, что военный будет сильнее худощавой девчонки. И ничего в этом хорошего не было. Виталя, недолго думая, схватил меня за подбородок и сжал так сильно, что я ожидала услышать хруст челюсти. А потом он впился, как пиявка, губами в мои губы, не давая вдохнуть. Я стучала ладонями по его громоздким плечам – без толку. Пришлось прикусить губу.

— Ауч! – прошипел он, отстраняясь. С губы по подбородку текла тонкая струйка крови. – Поигралась и бросила?

— Я не игралась. – голос мой стал хриплым, низким. – Мы расстались. Люди расстаются. Это жизнь. Смирись и живи дальше.

— Я не могу, как ты еще не поняла? Я хочу тебя. Хочу, чтобы ты была со мной! Я готов положить мир к твоим ногам!

— Не нужно таких жертв, Виталя! – Ярость растворялась, я сделала несколько глубоких вдохов, вытерла слезы и продолжила: – Прости, но я люблю Даню и не смогу полюбить тебя так, как ты того хочешь.

— Хорошо, значит, не люби меня. Просто будь моей.

Я готова была с разбегу удариться головой о дерево! Какого черта, Виталик?!

— Я не буду с тобой. Никогда. Все, баста! Я даже не уверена, что мы останемся друзьями после всего, что ты сделал! После всего, что я услышала! – взмахнула руками я, изобразив крест.

— Боюсь, ты не права. Я не оставлю тебе выбора. Услышь меня, наконец, я не собираюсь жить без тебя. Я больше не выдержу. А когда ты сказала про переезд, господи, да я чуть сознание не потерял!