Книга Лето, хлопья, баскетбол!, страница 56 – Дженнифер Энн Шор

Высокие свежеокрашенные потолки были холоднобелого цвета, а люстры с лампочками Эдисона придавали им интересный оттенок. Ступени двойной лестницы, на которой мы с Кори и Джереми как-то устроили гонки шагающих пружинок, были окрашены темной, почти черной краской, их обрамляли железные перила.

Джереми шел рядом со мной, когда я свернула в одну из боковых комнат. Я остановилась у стены с фотографиями. Они висели в дорогих рамках – стекла было больше, чем самого фото, и все в одном стиле – такого у нас дома никогда не было.

Разумеется, главной звездой на фото был Джереми, регулярно появлялся и Кори, и я удивилась, обнаружив там и себя – в разном возрасте, по меньшей мере на пяти фотографиях.

Я подошла к той, которую мама сделала в автомобильном кинотеатре под открытым небом, – его закрыли несколько лет назад. Насколько я знала, на его месте теперь стояло заведение с фастфудом. Кори, Джереми и я обосновались на заднем сиденье фургона моего отца – я сидела между ними.

Для постороннего взгляда картинка была вполне невинной, можно и не обратить на нее внимания, но я присмотрелась, и внутри меня все упало.

Я увидела, как Кори смотрит не в кадр, а на экран, с открытым от удивления ртом – бог знает, что там происходило в фильме. Я прижала палец к стеклу, переводя взгляд на себя десятилетней давности. Та я улыбалась так, будто со мной в жизни не происходило ничего более восхитительного, и держала с одной стороны коробку «Твиззлерз». С другой стороны ее держал Джереми, полностью развернувшись в мою сторону с выражением такого обожания, какое трудно представить на лице семилетки.

Я сглотнула, поворачиваясь к настоящему Джереми, и у меня все слова застряли в горле.

Выражение его лица было спокойным, но я видела его насквозь, как будто могла заглянуть ему прямо в сердце и понять, что он пытался мне сказать несколько месяцев назад.

— Послушай, Джереми, – начала я. – Я…

— Я просто не верю! – заорал мой братец, и наш с Джереми момент разлетелся вдребезги. Кори щедро пролил пива на пол, заставив Джереми застонать. Брат обнял меня и потащил к гостям. – Она наконец-то пришла оторваться с нами.

Джесс, успевшая выпить уже три шота с желе, захихикала надо мной.

Я попыталась оттолкнуть Кори, но он только крепче прижал меня к себе и потащил в центр вечеринки, чтобы заново познакомить с теми, кого я знала, но в основном избегала все эти годы. Ким Паттерсон, надо отдать ей должное, ничего мне не сказала, когда я оказалась в том же кругу, что и она. Кори болтал заплетающимся языком как минимум час, а потом как-то убедил нас сыграть в «Королей». Я взяла с собой Джесс и пачку «Чекс Микс» – единственные хлопья, которые нашла на кухне.

Мы втроем и еще несколько парней из команды Джереми – на этот раз я запомнила их имена: Митч, Кит и Брент – уселись в круг, пока слегка пьяный Кори объяснял нам правила.

— А любой туз – это «водохлеб», нет – «водопад», короче, начинаешь пить и не останавливаешься, пока не остановится твой сосед.

Я вытащила телефон и сравнила его объяснения с правилами на каком-то сайте об играх с выпивкой: все совпадало.

— Короче, победителя нет? – спросила я. – Ты просто напиваешься?

— Ну, в целом, да, – сказал Митч, заставив всех сдвинуть стаканы.

Я рассмеялась и выпила.