Книга Обречённая. Вирус любви, страница 59 – Любовь Трофимова

— Денис, – боясь шевельнуться, прошептала я и, чувствуя, что в попу упирается нечто внушительное, вдруг запаниковала: – Денис, отпусти меня.

— М-м… э-э… – вздохнув, промычал он и, зевнув, начал поглаживать пальцами у меня между ног. Я вытянулась по струнке, пытаясь свести ноги плотней, а Денис хмыкнул и невозмутимо пробормотал: – А куда это ты собралась? Я ещё обещанный долг не отдал.

— Ка-какой долг? – немного заикаясь, выдавила я и, почувствовав настойчивое проникновение его пальцев, охнула и закусила губу.

— Как какой? Супружеский, конечно же, – проурчал Денис и, покрывая мою шею нежными поцелуями, напомнил: – Брачная ночь и всё такое. Ты уже забыла?

Ага, ведь и правда забыла. Но признаваться в посталкогольной амнезии было стыдно, поэтому, стараясь не обращать внимания на ласки и настойчивые поцелуи, постепенно превращающие меня в желе, я попыталась выкрутиться.

— А разве мы не уже?.. – чувствуя, как краснею, уточнила я охрипшим голосом.

— А ты реально не помнишь? – тихо рассмеялся Денис и, не прекращая сладкие домогательства, добавил: – А я думал, притворяешься.

— Сейчас же уже не ночь, – плавясь под горячим телом, я привела ещё один довод, но у Дениса и на это нашёлся ответ.

Нагло раздвинув коленом мои ноги, он устроился поудобнее и, продемонстрировав мне свою боеготовность, потёрся стоячим членом о давно влажные трусики. Поймал пальцами мой подбородок и, вынудив посмотреть в глаза, улыбнулся.

— Ночь, день, утро… Какая разница. Я люблю тебя круглосуточно.

— А ночью правда ничего не было? – пролепетала я и, гулко сглотнув, покраснела.

— Ну что я, по-твоему, гамадрил какой-то пользоваться бессознательным телом? Хочу, чтобы ты всё чувствовала, помнила, наслаждалась, участвовала в конце концов.

Ничего вразумительного ответить я не смогла. Да и не успела…

Склонившись, Денис накрыл мои губы своими и, надавив пальцами на щёки, проник языком в рот. Его руки скользнули по бёдрам, талии, переместились на живот, а потом сжали грудь. Горячие губы проложили дорожку поцелуев по шее и сомкнулись вокруг напрягшегося соска.

День, ночь, утро… Действительно, какая разница, если я хочу его. А он меня…

Постанывая, я развела ноги шире и, зажмурившись, положила руки на широкие плечи Дениса. Погладила круговыми движениями, поддразнила ногтями, а потом зарылась пальцами в коротких, взъерошенных волосах, отчего Денис вздрогнул и одобряюще заурчал.

Он ласкал меня долго, медленно, продолжая дотошно отслеживать любую мою реакцию. Иногда замедлялся, продлевая томление, или становился напористей, доводя меня до дрожи и громких вскриков.

Доверившись ему полностью, я даже не заметила, когда трусики куда-то испарились, а входа в лоно коснулась упругая и горячая плоть. Проникал он дразняще медленно, осторожно, и когда вошёл до упора, меня уже трясло от жгучего желания, а голос охрип от стонов.

Наша близость стала продолжением волшебной ночи, где свадьба была фарсом, но сплетаясь в одно целое, мы были настоящими. По щекам текли слёзы, а я хотела продлить этот миг как можно дольше… Примерно вечность.

— Вика, – подводя меня к пику наслаждения, позвал Денис, а когда я распахнула глаза, он хрипло произнёс: – Скажи мне, ты умеешь врать?

— Да, – едва слышно отозвалась я и, скрестив ноги на его пояснице, добавила: – Если очень нужно.