Книга Контракт на плен, страница 106 – Любовь Трофимова

— Ну как? — глядя на меня исподлобья, осторожно поинтересовался он.

— Гад! Сволочь! — вместо ответа прорычал я и несколько раз ударил кулаком по приборной панели.

— Подтвердилось? — скорее констатируя уточнил он, и я кивнул.

— Вот ещё что, — сделав несколько глубоких вдохов, уже спокойней продолжил я: — Похоже, у нас крыса. И, возможно, не одна…

— Почему так решил? — насторожился Имран.

— Ему явно сливают информацию обо всё, что происходит в моём доме, — поделился я.

— Понял. Займусь, — коротко отозвался помощник, не требуя дополнительных разъяснений.

— Едем домой, — устало попросил я. — Хочу поскорее обнять жену.

— Всё хорошо? — расплывшись в улыбке, спросил Имран, заводя мотор.

— Да. Моя теперь. Не отпущу и никому не отдам, — довольно потянувшись, проурчал я и, подмигнув, намекнул: — Вот сестру найду и твою свадьбу сыграем. Давно пора.

— Я не тороплюсь, — вдруг посерьёзнел друг.

— Передумал? — удивлённо вскинув брови, поинтересовался я и развернулся к нему всем корпусом.

— Я это… — замялся Имран и вдруг покраснел.

— Что? — растерялся я.

— Да так, ничего, — отмахнулся он и впился в руль с удвоенной силой.

— Имра-а-ан, — строгим голосом позвал я. — Говори.

— Влюбился я, — буркнул он и, глянув на меня, пожал плечами. — Вот так…

— Поздравляю, — опешил я. — И кто она?

— Амина, — нехотя поделился Имран и впился взглядом в дорогу.

— Вот как, — не зная, что сказать, выдавил я и нервно хмыкнул. — Когда успели только.

— Никогда, — вздохнул друг. — Она не знает.

— Надо, чтобы узнала, — безапелляционно заявил я и, словив его шокированный взгляд, припечатал: — Действуй.

— Но как же?..

— С семьёй твоей невесты я всё решу, — перебил я.

— Спасибо, — расплылся Имран в благодарной улыбке.

Подъехав к вилле, попрощался с другом и сразу же выскочил из машины. Взбежав по лестнице, взялся за дверную ручку, улыбнувшись в предвкушении, но услышал прерывистые всхлипы. Рывком распахнул двери и, оглядев комнату, увидел Юлю в кресле у окна. Закрыв лицо руками, она вздрагивала от сдерживаемых рыданий.

— Юля, что с тобой?! — взревел я и, подбежав к ней, схватил в охапку и сел на кровать, устраивая её на коленях. — Юля-я-я! Что не так?! Кто обидел?!

— Я-я… там… — заикаясь, начала она и указала пальчиком в сторону стоящей у журнального столика коробки, а потом просто разревелась, уткнувшись лицом в мою грудь.

Алишер

Посмотрел на знакомую коробку, как на ядовитую змею, но первым делом постарался успокоить Юлю. Прижил жену к себе и, покачивая как ребёнка, начал нашёптывать ласковые слова. Гладить по плечам, спине и, приподняв её лицо за подбородок, зацеловывать и стирать пальцами дорожки слёз.

— Юля, успокойся, — уложив её на кровать, заурчал я и, поймав её взгляд, попросил: — Не надо плакать. Расскажи, что не так…

— Там… дневники, — заикаясь, отозвалась она охрипшим голосом.

— Я знаю, это мамины, — кивнул я и, грустно вздохнув, пояснил: — Не смог от них избавиться, но и читать сил нет, хотя знаю, что в них вся жизнь родителей и наше с Алионой детство и юность.

— Ты должен прочитать, — закусив нижнюю губу, прошептала Юля.

— Завтра обязательно, — покачал я головой и, склонившись, приник к её губам, но Юля, замычав, начала меня отталкивать.

— Прямо сейчас, — потребовала она и, всхлипнув, добавила: — Это очень важно, ты сам всё поймёшь.