Книга Куколка, страница 8 – Ирина Воробей

Но первый попавшийся оказался не таким. Он находился в полуподвальном помещении. Дверь была старинная, тяжелая, с латунными ручками. Татьяна еле-еле ее открыла. Изнутри в уши громом ударила электронная музыка с грубыми заставляющими вибрировать басами – что-то из иностранного, новомодного. Татьяна в современной танцевальной музыке плохо разбиралась, но эта мелодия ее не напрягала. Ошарашила сперва, но потом даже начала подбадривать, потому что примитивные биты почти совпадали с ритмом сердца.

Бар был практически полностью заполнен. Компании сидели за столами, негромко общались между собой, лишь изредка громко смеясь. Парочки ворковали по углам. Барная стойка преимущественно была облеплена одиночками либо мини-компаниями по два-три человека. Спортивных трансляций не было, как не было и телевизоров. Только музыка. Помещение было небольшим, но казалось просторным за счет высоких открытых потолков, на котором были видны бетон и все коммуникации, которые как будто бы даже выпячивали наружу вместо того, чтобы попытаться скрыть. Освещало зал множество тусклых ламп накаливания, какими пользовались еще в XIX веке, что придавали мрачности и некоторой таинственности всему помещению, навевая пугающие мысли о том, что могло твориться в этом темном подвале старинного здания столетие назад.

Наперекор всей остальной обстановке стена справа от входа была отделана разноцветной керамической мозаикой, каждая крупица которой приятно поблескивала в почти фонарном свете многочисленных ламп. На ней был изображен желтовато-белый дирижабль, большой, уходящий своим концом в крутую перспективу. Вокруг него плотными воздушными сгустками вились облака во всех оттенках синего цвета. Небо было цвета индиго, в нем горели мелкими разноцветными точками звезды. Все пространство картины прорезали зигзагообразные молнии разной длины, тоже созданные из белых маленьких плиточек. Внизу под дирижаблем панорамно был представлен город, словно с высоты полета самолета (хотя Татьяна сомневалась, что дирижабль мог подняться на такую высоту, но согласилась с тем, что так видел художник). И все это поверх, словно тонкой пленкой, покрывали косые линии дождя, слепленные из прозрачных тонких и очень мелких стеклышек, слегка серебрившихся на свету.

Сразу напротив входа стояла продолговатая барная стойка, полностью черная, металлическая. Вдоль нее стояли высокие барные табуреты, тоже черные и металлические, но с мягкими рыжими подушками на сиденьях. Несколько столов обрамляли стены по оба бока от двери. Столы тоже были простые, угловатые, металлические и черные. Вместо нормальных диванов и кресел к стенам были приставлены наваленные в кучу паллеты, накрытые матрасами и покрывалами. Татьяна догадалась, что бар обставлен в стиле лофт согласно последним тенденциям в дизайне интерьера. Ей этот стиль абсолютно не нравился. В нем было слишком много пролетарского и никакой изюминки. Татьяна надеялась, что дешевизна интерьера предполагает дешевые цены на алкоголь, поэтому решила здесь остаться.

В черном интерьере она резко выделялась своим ярким нарядом. На ней была ее любимая горчичная шляпа с широкими полями и салатовый легкий плащ классического кроя с ремнем и крупными желтыми пуговицами. Шарф тоже был ярко-желтый, полупрозрачный, из искусственной, похожей на хлопок ткани. Сразу можно было догадаться, какой цвет у Татьяны любимый. Ноги были обуты в белые кожаные балетки с бантиком на носке.