Книга На грани измены, страница 94 – Анастасия Ридд

Я выхожу из душа и иду в спальню. Чувствую небывалую усталость и решаю отдохнуть. Как же хорошо дома. Сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь от грохота, доносящегося из кухни. За окном уже смеркается, а это значит, что я проспала как минимум три часа. Сладко потянувшись, поднимаюсь с кровати и на цыпочках иду в кухню.

— Выспалась? – спрашивает Миша, не оборачиваясь.

— Как ты узнал? Я ведь двигалась бесшумно, – улыбаюсь я, опираясь плечом на стену.

— Если скажу, что чувствую тебя, это будет звучать чересчур? – его лицо озаряется ослепительной улыбкой.

— Конечно! – весело отзываюсь я.

Миша отрывается от плиты и не спеша подходит ко мне. Он прижимает меня к стене и, приподняв большим пальцем мой подбородок, заглядывает в глаза. В его потемневшем взгляде полыхает огонь – тот же, что и несколько лет назад при каждой новой встрече. А мое сердце чувствует радость и уют, ведь я нахожусь дома – во всех смыслах этого слова. Дом – там, где он. Там, где мужчина, которого я люблю.

— Спасибо за цветы и подарок, – шепчу в губы и обвиваю его шею руками. – Я очень тронута, Миша.

— Я рад, что тебе понравилось.

Муж впивается в мой рот страстным поцелуем, от которого буквально подкашиваются колени. Его ладонь смещается на мой затылок, а губы становятся более требовательными и настойчивыми. Мы оба соскучились друг по другу.

— Врач разрешила? – выдыхает мне в губы.

— Да.

— Моя девочка, я так хочу тебя! – Он сбрасывает с меня легкий халат и пару секунд с восхищением смотрит на мое тело. – Какая же ты красивая, Инга.

Быстро выключив плиту, Миша подхватывает меня на руки и несет в спальню. Каждое его движение наполнено желанием и страстью. Я тоже больше не могу ждать.

— Я соскучился… – Он продолжает покрывать поцелуями мою шею, спускаясь все ниже.

— И я, Миш. Я хочу тебя. – Выгибаюсь ему навстречу.

В комнате становится жарко. Его поцелуи сводят меня с ума. Я будто попадаю в какую-то запредельную реальность, откуда не хочется возвращаться. Наши тела переплетаются, сливаясь воедино. Я так люблю его и не хочу даже думать о том, что это может когда-нибудь закончиться.

— Я так люблю тебя, родная, – шепчет мне в ухо, а я вновь и вновь ощущаю рой мурашек, которые сотрясают мою кожу.

Некоторое время спустя мы, тяжело дыша, лежим на кровати и молча смотрим в потолок. Такие счастливые и влюбленные с застывшими улыбками на губах. Слова излишни – хорошо и без них нежиться в объятиях друг друга.

— Милая, я голоден. – Миша поднимается с кровати и тянет меня за собой. – Идем. Разогреем мой шедевр.

Я охотно встаю и, накинув шелковый халат, иду вслед за мужем.

— Без него, – он указывает на мою одежду, игриво усмехаясь, – ты мне нравилась гораздо больше.

— Я не могу быть голой за ужином, – возражаю, мягко улыбаясь.

— Это еще почему?

— Миша, – закатываю глаза.

— Ладно, я разогрею, а ты ставь тарелки и приборы.

Ужин проходит тепло, по-семейному, и мы оба это чувствуем. Изменения, коснувшиеся нашей семьи, как ни странно, пошли нам обоим на пользу. Думая об этом, невольно вспоминаю о Ларисе Романовой.

— О чем задумалась? – спрашивает Миша.

— О Романовой. Может, он наконец-то отстанет от своей жены? – наивно предполагаю.

— Я совсем не знал Вадима, как оказалось. Сложно делать какие-то выводы, совершенно не представляя, что творится у него в голове, – муж отрицательно качает головой. – В одном я уверен на сто процентов: Лара будет счастлива.